Экскурсия без гида

Гуанчжоу — столица южной провинции Гуандун, здесь живёт почти 19 миллионов человек. Город стоит в дельте Жемчужной реки, меньше чем в часе езды на скоростном поезде от Гонконга. Две тысячи лет это были главные морские ворота Китая. Здесь китайцы встречали арабов, португальцев, англичан и американцев. Эта глава — короткий урок истории перед прогулками. Прочитайте её в метро или за утренним чаем. Тогда остров Шамянь, храм Чэнь и чайный рынок сложатся в одну историю: о торговле, серебре, опиуме и кухне, которой гордится весь Китай.

1. Блок первый. Возраст и имена города

   Паньюй, Кантон, Город козлов

   

   Город основан в 214 году до нашей эры. Армия первого императора Цинь построила здесь крепость Паньюй. Имя Гуанчжоу появилось в 226 году нашей эры. Европейцы говорили «Кантон»: так португальцы переделали название провинции Гуандун. У города есть и поэтические имена. Янчэн — «Город козлов». По легенде, пятеро бессмертных спустились сюда на пяти козлах с колосьями риса и пообещали, что голода здесь не будет. Бессмертные улетели, а козлы окаменели. Отсюда второе короткое имя, Суй, «колос»: иероглиф 穗 часто встречается в названиях фирм и газет. Каменные козлы стоят в парке Юэсю с 1959 года. Третье имя — Хуачэн, «Город цветов». Здесь субтропики, и что-нибудь цветёт круглый год.

2. Блок второй. Морской шёлковый путь

   Порт длиной в две тысячи лет

   Гуанчжоу торговал по морю уже при династии Хань. В гробнице местного царя второго века до нашей эры нашли серебряную шкатулку персидской работы. При династии Тан в городе жили тысячи арабских и персидских купцов. У них был свой квартал, фаньфан, со своим старостой. Для них построили мечеть Хуайшэн. Её круглый минарет без ярусов высотой около 36 метров называют Гуанта, «Гладкая пагода». По преданию, на нём зажигали огонь, и он служил маяком для кораблей на реке. Отсюда в Юго-Восточную Азию, Индию и Аравию уходили шёлк, фарфор и чай. Обратно везли пряности, благовония и слоновую кость. Мечеть действует до сих пор, она в старом центре, недалеко от улицы Бэйцзинлу.

3. Блок третий. Единственный открытый порт

   Тринадцать факторий

   

   В 1757 году император Цяньлун закрыл для европейских купцов все порты, кроме Гуанчжоу. До 1842 года почти вся торговля Запада с Китаем шла через одну набережную. Корабли вставали на якорь ниже по реке, у острова Хуанпу, а товары везли в город на лодках. Иностранцам разрешали жить только в тринадцати факториях — домах-конторах у реки, за городской стеной. Входить в город и привозить жён им запрещалось. Торговый сезон длился с осени до весны, на остальное время купцы уезжали в Макао. Сделки шли только через гильдию гунхан. Над факториями висели флаги стран: британский, американский, голландский, шведский. На их месте сегодня Парк культуры, Вэньхуа гунъюань, к востоку от Шамяня.

4. Блок четвёртый. Опиум и две войны

   Опиумные войны

   Британцы покупали в Кантоне чай за серебро. Чтобы вернуть серебро, они стали ввозить опиум из Индии. К 1830-м годам серебро потекло из Китая обратно. В 1839 году император прислал в Кантон комиссара Линь Цзэсюя. Он заставил иностранцев сдать опиум, больше тысячи тонн. С 3 июня 1839 года его три недели уничтожали в Хумэне, в устье реки. Опиум смешивали с солью и известью в траншеях и спускали в море. Началась Первая опиумная война. По Нанкинскому договору 1842 года Китай открыл пять портов и отдал Британии Гонконг. В 1856 году фактории сгорели, и началась Вторая опиумная война. После неё иностранцы получили остров Шамянь, где их дома стоят до сих пор.

5. Блок пятый. Город революций

   Сунь Ятсен и Вампу

   

   Гуанчжоу далеко от Пекина, и здесь легко начинались восстания. В 1886 году в местной больнице западной медицины учился молодой врач Сунь Ятсен, будущий основатель Китайской Республики. 27 апреля 1911 года его сторонники атаковали резиденцию наместника. Восстание подавили. 72 погибших похоронили на холме Хуанхуаган, а через полгода революция покончила с империей. В двадцатые годы Гуанчжоу стал базой Сунь Ятсена. В 1924 году здесь с советской помощью открыли военную академию Вампу. Главным военным советником был Василий Блюхер, в Китае его знали под именем Галин. После смерти Сунь Ятсена в его честь построили Мемориальный зал с синей черепичной крышей, его открыли в 1931 году.

6. Блок шестой. Язык, кухня, ярмарка

   Что делает Гуанчжоу кантонским

   

   Здесь говорят по-кантонски. Это отдельный язык с шестью основными тонами, и житель Пекина его на слух не понимает. Пригодятся два слова: «м гой» — спасибо за услугу, и «до дзе» — спасибо за подарок. Кантонская кухня ценит свежесть. Рыбу выбирают живой из аквариума, а соус не должен перебивать вкус продукта. Поговорка гласит: «Есть — в Гуанчжоу». Сами кантонцы шутят, что едят всё, у чего четыре ноги, кроме стола. Главные блюда, которые стоит попробовать: жареный гусь, курица на пару, утренний дим-сам и каша чжоу. С весны 1957 года здесь дважды в год, весной и осенью, проходит Кантонская ярмарка, крупнейшая торговая выставка Китая.

Шамянь значит «песчаная поверхность». Это бывшая отмель на Жемчужной реке. После Второй опиумной войны её превратили в закрытый квартал британцев и французов. Здесь больше 150 зданий колониальной эпохи, тихие аллеи под баньянами и почти нет машин. На острове видно, как жили иностранцы в Китае: банки, консульства, торговые дома, две церкви разных конфессий. А ещё вы поймёте, почему китайцы до сих пор помнят узкий канал, который отделяет остров от города.

1. У моста через канал Шацзи

   Остров за воротами

   Шамянь почти целиком насыпной. В 1859–1861 годах отмель обнесли каменной стеной, засыпали грунтом и отделили от города каналом. Остров длиной около 900 метров и площадью около трети квадратного километра поделили. Четыре пятых получила Британия, восточную пятую часть — Франция. На мостах стояли ворота, на ночь их запирали. Напротив, на улице Шацзи, 23 июня 1925 года с острова открыли огонь по антиколониальной демонстрации. Погибли больше пятидесяти человек. В ответ началась забастовка Гонконга и Кантона. Она длилась шестнадцать месяцев и почти остановила британскую торговлю в регионе. На набережной Шацзи стоит памятный камень жертвам расстрела.

2. Центральная аллея острова

   Банки, консульства, торговые дома

   

   Через весь остров идёт широкая аллея с газонами. По её сторонам стояли банки, торговые дома и консульства. Смотрите на стили: неоклассика с колоннами, неоготика, колониальные дома с глубокими верандами. Веранды и высокие потолки — ответ на местный климат. Летом жара за тридцать и почти постоянная влажность, а кондиционеров не было. Толстые стены держали прохладу, а галереи давали тень. На многих зданиях висят таблички охраняемого памятника с номером и коротким описанием. Прочитайте их: здесь сказано, какой банк или фирма занимали дом. До 2013 года на острове работало генеральное консульство США. Самые солидные здания принадлежали банкам и торговым домам, которые вели дела по всему Дальнему Востоку.

3. Восточная, французская часть острова

   Часовня Лурдской Богоматери

   

   Главный знак французской части — католическая часовня Лурдской Богоматери, освящённая в 1892 году. Это небольшая белая церковь в неоготическом стиле. Посмотрите на колокольню над входом: острый шпиль окружён маленькими башенками-пинаклями, а над дверью круглое окно-роза. Стрельчатые окна по бокам повторяют форму шпиля. Это не средневековая готика, а её подражание девятнадцатого века: так в те годы строили церкви по всему миру, от Франции до колоний. Французы строили её для своих консулов, чиновников и купцов. Сегодня часовня действует, а по выходным у её ограды фотографируются свадебные пары. Лурдская Богоматерь — образ, связанный с французским городом Лурд, куда паломники едут с 1858 года. Поэтому часовня — знак именно французской общины.

4. Британская часть, у англиканской церкви

   Церковь Христа

   

   В британской части сохранилась англиканская церковь Христа, построенная в 1865 году. Она старше французской часовни почти на тридцать лет. Это строгое светлое здание с треугольным фронтоном. Между двумя входами — высокое тройное стрельчатое окно с цветным стеклом. Сегодня здесь действующая протестантская церковь, по воскресеньям сюда приходят горожане. Две церкви разных конфессий на маленьком острове показывают, что каждая концессия жила своей жизнью. Католики-французы и протестанты-британцы молились отдельно, хотя между храмами несколько минут пешком. Обратите внимание на фасад: колонн и башен нет, всё держится на пропорциях и одном большом окне. Если дверь открыта, можно тихо зайти. Фотографировать во время службы не принято.

5. Под старыми деревьями на аллеях

   Деревья и бронзовые горожане

   Посмотрите на стволы баньянов и камфорных деревьев. На многих висят таблички охраняемых старых деревьев с номером и возрастом, некоторым больше ста лет. Баньяны пускают воздушные корни, которые со временем превращаются в новые стволы. Поэтому одно дерево может выглядеть как маленькая роща. Вдоль аллей расставлены бронзовые фигуры в натуральный рост. Здесь фотограф со старинной камерой, дама с зонтиком, дети в игре. Они изображают жизнь Кантона начала двадцатого века. По утрам под деревьями пожилые жители занимаются тайцзи и танцуют под музыку из колонки. Баньян на юге Китая — дерево-оберег. Его сажали у деревень и храмов, а в его тени собирались соседи.

6. Отель «Белый лебедь», южный берег острова

   Атриум «Вода родины»

   Отель открылся 6 февраля 1983 года. Его построил гонконгский предприниматель Генри Фок вместе с властями провинции. Это был первый в Китае пятизвёздочный отель с иностранным капиталом. Многих материалов в стране тогда не было, и Фок ввозил их из-за границы. Зайдите в атриум: под стеклянной крышей каскад воды с искусственной скалой и павильоном. Композиция называется «Вода родины». Её задумали для эмигрантов, приезжавших повидать родных. В 1986 году здесь дали банкет в честь королевы Елизаветы Второй. Среди гостей отеля были также Джордж Буш-старший, Генри Киссинджер и Фидель Кастро. Зайти в атриум и посмотреть можно без брони номера.

Фанцунь — район чайных рынков на южном берегу Жемчужной реки, почти напротив Шамяня. Его называют крупнейшим оптовым чайным рынком Китая и главной биржей пуэра. Около двух десятков торговых комплексов стоят вдоль проспекта Фанцунь. Сюда приезжают закупщики со всей страны. Для туриста это бесплатная школа: почти в каждой лавке вас усадят за чайный стол и нальют несколько сортов. Эта глава — короткий ликбез. Вы узнаете, чем различаются шесть типов чая, как читать блин пуэра, как проходит гунфу-ча и как не переплатить.

1. Шаг первый. У входа: шесть цветов чая

   Шесть типов чая

   

   Китайцы делят чай по степени окисления листа. Зелёный не окисляют: его быстро прогревают и сушат, пример — Лунцзин. Белый слегка завяливают на воздухе. Жёлтый редок, его томят под тканью. Улун окислен частично, от светлого до почти тёмного. В Гуандуне растёт улун Фэнхуан Даньцун, а в соседней Фуцзяни — Тегуаньинь. Хун ча, по-китайски «красный», — это то, что в России называют чёрным. Хэй ча, «тёмный», проходит ферментацию с участием микроорганизмов, к нему относится шу пуэр. Поэтому, если хотите привычный чёрный чай, просите «хун ча». А «хэй ча» — это совсем другой вкус, землистый и мягкий.

2. Шаг второй. Лавка пуэра: смотрим на блины

   Пуэр: шэн и шу

   

   Пуэр делают в провинции Юньнань из крупнолистового чая. Чаще всего его прессуют в блин весом 357 граммов. Семь блинов заворачивают в бамбуковый лист, получается «тун», около двух с половиной килограммов. В блин впрессован маленький бумажный ярлычок, нэйфэй, с названием фабрики. Шэн, сырой пуэр, стареет естественно, годами. Молодой он терпкий и зеленоватый, выдержанный становится мягким и тёмным. Шу, готовый пуэр, несколько недель ферментируют во влажной куче. Эту технологию освоили в Куньмине в 1973 году. Настой шу тёмный, как кофе, и пахнет влажной землёй. Шэн покупают на вырост, шу — чтобы пить сейчас.

3. Шаг третий. За чайным столом

   Как идёт гунфу-ча

   

   Гунфу-ча родом из Чаочжоу, на востоке Гуандуна. «Гунфу» значит «мастерство и потраченное время», это то же слово, что «кунг-фу». Продавец ошпаривает посуду кипятком, чтобы прогреть её. Затем насыпает много листа в гайвань, чашку с крышкой, или в маленький глиняный чайник. Первый пролив быстро сливают: лист промывают, и он раскрывается. Дальше настаивают коротко, от пяти до двадцати секунд, и переливают в «чахай», чашу справедливости. Так у всех гостей одинаковая крепость. Пьют из маленьких пиал в три глотка. Хороший улун выдерживает семь-восемь проливов, пуэр — больше десяти. Сравнивайте, как меняется вкус от пролива к проливу.

4. Шаг четвёртый. Проверка качества

   Как отличить нормальный чай

   

   Понюхайте сухой лист и внутреннюю сторону крышки гайваня. Запах плесени, пыли или резкой парфюмерии — плохой знак. Настой должен быть прозрачным, без мути. После глотка во рту остаётся сладковатое послевкусие, по-китайски «хуэй гань». Посмотрите на заваренные листья. У хорошего чая они целые или крупными кусками, упругие, без крошки и веточек. Улун с ярким запахом молока или ванили часто ароматизирован. На обёртке пуэра ищите фабрику, год и вес. Так же работали и дегустаторы старого Кантона: они сравнивали десятки проб, прежде чем купить партию для Лондона. Не стесняйтесь просить второй и третий пролив: хороший чай раскрывается не сразу.

5. Шаг пятый. Посуда на полках

   Исинские чайники и чайные питомцы

   На полках лавок стоят маленькие чайники из неглазурованной красной и коричневой глины. Их делают в городе Исин у озера Тайху, глина называется цзыша, «пурпурный песок». Она пористая и впитывает аромат. Поэтому знатоки заваривают в одном чайнике только один вид чая. На чайных досках сидят глиняные «чайные питомцы»: жабы, свинки, будды. Их поливают остатками чая, и со временем глина темнеет и блестит. Некоторые фигурки, например мальчик, при поливе кипятком брызгают водой. Гайвань — самая универсальная посуда, она не держит запах. Если покупаете одну вещь, берите гайвань и чашу справедливости. Настоящий исинский чайник стоит дорого. Дешёвые копии бывают из обычной глины с красителем.

6. Шаг шестой. Покупка и торг

   Цена и торг

   В Китае цену называют за цзинь, это 500 граммов, или за лян, 50 граммов. Всегда уточняйте вес. Торговаться нормально, особенно если берёте несколько блинов. Скидку в десять-двадцать процентов от первой цены дают часто. Фраза «пянь-и дянь» значит «подешевле». Не верьте «очень старому» пуэру по цене нового: двадцатилетний шэн дешёвым не бывает. Если вы долго дегустировали за чужим столом, вежливо купить хотя бы немного. Попросите упаковать в вакуумный пакет: это защитит чай от запахов в чемодане. Карты принимают не везде, поэтому держите наличные юани или настроенное платёжное приложение. Возьмите визитку лавки: на ней адрес иероглифами, по нему легко вернуться.

Шансяцзю — первая пешеходная торговая улица Гуанчжоу, открытая 30 сентября 1995 года в старом районе Сигуань. Она тянется примерно на 1,2 километра и почти целиком состоит из галерей-цилоу. Верхние этажи домов здесь нависают над тротуаром на столбах. На этой улице лучше всего видна кантонская торговая архитектура, и здесь работают кондитерские старше ста лет. В конце прогулки сверните на улицу нефрита Хуалинь и к храму, где, по легенде, высадился на китайский берег основатель дзэн-буддизма.

1. Под навесом первой галереи

   Как устроен цилоу

   

   Встаньте под навесом. Над вами второй и третий этажи дома, они опираются на столбы у края тротуара. Внизу лавка, наверху жила семья хозяина. Получается крытая галерея, защищающая от солнца и ливней. Дождей в Гуанчжоу выпадает около 1700 миллиметров в год, это больше чем вдвое против Москвы. Идею привезли из Гонконга и Сингапура, где такой проход называли «пятифутовым». В 1912 году слово «цилоу» впервые появилось в строительных правилах Гуанчжоу. С 1918 года галереи стали обязательными на новых проспектах. Посмотрите на столбы: на них часто висят вывески лавок, написанные сверху вниз. По сути это сделка: хозяин отдавал городу часть первого этажа под тротуар, а наверху строил над ним комнаты.

2. Посмотрите вверх на фасады

   Барокко по-кантонски

   Большинство фасадов построено в двадцатые-тридцатые годы прошлого века. Часто их строили на деньги эмигрантов из Америки и Юго-Восточной Азии. Поэтому стили смешаны: европейские фронтоны и пилястры, арочные окна, барочная лепнина. А рядом китайские орнаменты и название фирмы иероглифами. Дома узкие и глубокие. Лавка выходила на улицу коротким фасадом, а вглубь тянулись склады и комнаты. За десять лет в городе построили около сорока километров таких улиц. Посмотрите и на первые этажи: старые лавки до сих пор торгуют тем же, чем сто лет назад, — тканями, сладостями, золотом. Многие дома недавно отреставрировали, и старые надписи на фронтонах снова читаются.

3. Западный отрезок улицы, Дишифу

   Старые марки

   

   На отрезке улицы под названием Дишифу стоят старейшие заведения. Кондитерская Ляньсянлоу работает с 1889 года и славится лунными пряниками с пастой из семян лотоса. Чайный дом Таотаоцзюй основан в 1880 году, найдите над входом вывеску, написанную Кан Ювэем. Неподалёку десертная Наньсинь. Здесь пробуют «двойное молоко», шуан пи най, — сладкий молочный пудинг с двумя пенками. Традиционно его делают из молока буйволицы, которое жирнее коровьего. Попробуйте и имбирное молоко: его сворачивает сок свежего имбиря, ложка должна стоять. Подают и горячим, и холодным. Лунные пряники здесь продают круглый год, но главный сезон — Праздник середины осени, когда их дарят родным и коллегам. Коробка пряников из Ляньсянлоу — классический кантонский подарок.

4. Боковые переулки к северу

   Сигуань и двери танлун

   Сигуань значит «за западной заставой». Здесь, за городской стеной, в девятнадцатом веке селились богатые купцы, торговавшие с иностранцами. Их особняки называют «сигуаньскими большими домами». Стены из серого кирпича, внутри дворики-колодцы и окна с цветным стеклом. В переулках ищите вход с тремя дверями. Снаружи низкая створка-ширма. Затем раздвижная решётка из горизонтальных деревянных брусьев, она называется танлун. За ней тяжёлая внутренняя дверь. Решётка пропускала воздух и свет, но не воров. Днём ставни открывали, и дом проветривался насквозь. Подлинные танлуны в переулках часто стоят в жилых домах. Смотрите снаружи и не заходите внутрь: там живут люди. Открытые для посетителей дома с танлунами есть в квартале Юнцинфан.

5. Улица Хуалинь, к северу от Сяцзю

   Улица нефрита

   От улицы Сяцзю на север, до Чаншоу Силу, тянется улица нефрита Хуалинь, больше трёхсот метров лавок. Рынок здесь появился в 1988 году. Главный товар — жадеит, по-китайски фэйцуй, его везут из Мьянмы. Хороший жадеит холодный на ощупь, тяжёлый и звонко стучит. Продавцы делят камни на категории. «А» — натуральный камень. «Б» — камень, отбеленный кислотой и пропитанный смолой. «Ц» — подкрашенный. Разница в цене в десятки раз. Для серьёзной покупки просите сертификат лаборатории. Для сувенира берите недорогие бусины и не верьте сказкам о «старом нефрите по цене браслета». Торгуются здесь жёстче, чем на Шансяцзю: первая цена может быть завышена в несколько раз.

6. Храм Хуалинь в конце улицы

   Первая земля с Запада

   

   Улица нефрита названа по храму Хуалинь. По преданию, в 527 году на берег реки здесь сошёл индийский монах Бодхидхарма, основатель дзэн-буддизма. Он поставил шалаш-обитель и лишь потом ушёл на север. Место его высадки назвали «Силай чуди», «Первая земля пришедшего с Запада». Эта надпись сохранилась в названии соседнего переулка. Храм знаменит залом пятисот архатов, учеников Будды. Статуи разрушили в годы культурной революции. Потом их воссоздали по старинной картине конца девятнадцатого века и покрыли золотом. Пройдите вдоль рядов: у каждого архата своё лицо, свой жест и свой характер. Это действующий храм: говорите тихо и не фотографируйте молящихся.

Родовой храм-академия, построенный в 1888–1894 годах на пожертвования семей по фамилии Чэнь из 72 уездов Гуандуна. С 1959 года здесь Музей народного искусства Гуандуна. Главный экспонат — само здание, покрытое резьбой по камню, кирпичу и дереву, керамикой, лепниной и литым чугуном. Это лучшая коллекция южнокитайского декора под открытым небом. Здесь вы научитесь читать китайские орнаменты: почему на перилах козлы, в воротах львы, а на крыше целые театральные сцены.

1. Площадь перед главным входом

   Зачем его строили

   Это не обычный семейный храм. Чэнь из разных уездов не были одной семьёй. Они собрали деньги, чтобы иметь в столице провинции общий зал предков и общежитие для юношей, приезжавших сдавать императорские экзамены. Комплекс занимает около 13 тысяч квадратных метров. В нём 19 зданий, девять залов и шесть дворов. Всё строго симметрично по оси с юга на север. Три ряда залов идут в глубину, и чем дальше, тем важнее зал. Встаньте по центру площади: фасад длиной около восьмидесяти метров читается как одна длинная картина из кирпича, камня и керамики. Для сравнения, это почти два футбольных поля, застроенных залами и дворами.

2. У главных ворот

   Львы, двери, кирпичные картины

   

   По сторонам входа стоят каменные львы. Самец держит лапой шар — знак власти. Самка придерживает львёнка — знак продолжения рода. На створках дверей нарисованы стражи-воины выше человеческого роста: они не пускают злых духов. Через высокий порог переступают, а не наступают на него. По бокам ворот большие кирпичные панно, каждое около четырёх метров длиной. Их резали по отдельным кирпичам из серой глины, а потом собирали в одну картину с десятками фигур. Подойдите ближе: видны лица, складки одежды, листья бамбука и черепица крошечных домиков. Каменные барабаны по бокам дверей считались знаком семьи, где были чиновники или учёные.

3. Терраса перед главным залом Цзюйсянь

   Чугунные перила

   Главный зал Цзюйсянь, «Зал собрания мудрых», служил для собраний рода и обрядов. Перед ним гранитная терраса, а в её каменные перила вставлены литые чугунные панели. Чугун в декоре — редкость для китайской архитектуры. Сюжеты читаются как пожелания, потому что китайский язык полон созвучий. Три козла звучат как «три ян», это пожелание удачи с приходом весны. Золотые рыбки — «юй», созвучно слову «изобилие». Дракон с волшебным шаром и цилинь обещают благополучие и учёных сыновей. Ищите и летучих мышей: «фу» созвучно слову «счастье». Чугун выбрали и за прочность: во влажном климате он служит дольше дерева, а литьё позволяло повторить один рисунок много раз.

4. Во дворе: смотрите на крыши

   Керамика Шивань на гребнях

   

   Над залами тянутся гребни из цветной керамики. Её обжигали в Шивани, гончарном районе соседнего Фошаня. Гребень главного зала длиной 27 метров и высотой около трёх метров, на нём 224 фигуры: герои пьес и легенд, дворцы, звери. Синяя, зелёная и жёлтая глазурь не выгорает на южном солнце. Фигуры стоят как актёры на сцене, и многие сюжеты знакомы горожанам по кантонской опере. По краям гребней загибаются вверх рыбы-драконы. Они должны защищать дом от пожара. Сфотографируйте с увеличением: у фигур видны лица. Мастерские Шивани работают и сегодня, похожие фигурки можно найти в сувенирных лавках.

5. Над галереями: цветная лепнина

   Лепнина хуэйсу

   Ниже керамических гребней идёт раскрашенная лепнина, хуэйсу. Её лепили прямо на крыше из известкового раствора с волокнами, на каркасе из проволоки. Затем расписывали минеральными красками. Всего такой лепнины в комплексе около 1800 метров. В отличие от керамики, хуэйсу нельзя сделать заранее: мастер работал на месте, на высоте, в несколько слоёв. Поэтому двух одинаковых сцен здесь нет. Ищите на ней сады, павильоны, фрукты и птиц. Персики значат долголетие, гранаты с семенами — много детей, пионы — богатство. Сравните её с керамикой: глазурь блестит, а лепнина матовая, с мягкими красками. Лепнина боится дождей, поэтому реставраторы регулярно её подновляют.

6. Внутри главного и заднего залов

   Резьба по дереву

   

   В главном зале двенадцать резных складных ширм. Резьба сквозная, в несколько слоёв: сквозь передний план виден задний. В заднем зале стоят ниши для табличек предков высотой около семи метров. На табличке писали имя предка, и семьи приезжали сюда ему поклониться. Чем выше и ближе к центру табличка, тем больше заплатила семья. Посмотрите и на балки над входом: на них восемь резных сцен из истории и легенд. В боковых залах музей показывает гуандунские ремёсла: вышивку, резьбу и расписной фарфор. Вглядитесь в фигуры: это сцены из классических романов и пожелания чиновничьей карьеры. Олень, «лу», созвучен слову «жалованье».

Кантонцы не завтракают, а «пьют утренний чай», ям ча. Это часы за чайником и маленькими блюдами дим-сам, разговоры, газеты и семейные встречи. Ресторан Паньси у озера Литвань открыт в 1947 году. Он считается одним из классических садовых ресторанов города. Здесь вы поймёте, как устроен главный ритуал Гуанчжоу: что заказать, как стучать пальцами по столу, зачем сдвигать крышку чайника. И попробуете дим-сам там, где его готовят полвека.

1. На входе: зал и сад

   Ресторан-сад

   

   Пройдите через залы к саду. Павильоны, крытые галереи, пруды и искусственные скалы — это южнокитайский сад в миниатюре. Скалы собирают из камней причудливой формы, и каждая должна напоминать горы. Окна с цветным стеклом в деревянных рамах называют «маньчжурскими». Через синее и красное стекло сад выглядит как картина. Галереи нужны, чтобы гости переходили из зала в зал под крышей даже в ливень. Займите стол у окна в сад, если он свободен: так чай пьют медленнее, а это здесь главное. Сад задуман так, чтобы из каждого зала открывался свой вид, как на развёрнутом свитке.

2. За столом: выбор чая

   Сначала чай

   Официант первым делом спросит, какой чай. Популярны пуэр, улун Тегуаньинь, жасминовый и «цзюй пу», пуэр с хризантемой. Считается, что пуэр помогает справиться с жирной едой. За чай берут плату с каждого гостя, это нормально. Многие ополаскивают первой порцией кипятка чашки и палочки: это привычка, а не упрёк ресторану. Для этого на столе есть миска. Классическая формула утреннего чая — «ят чун лён гин», одна чашка и две закуски. Сейчас заказывают больше, но темп тот же: никто не торопится. Пуэр с хризантемой — хороший выбор для первого раза: он мягкий и не горчит.

3. Бланк заказа на столе

   Как заказывать

   

   На столе обычно лежит бланк с карандашом или код для заказа с телефона. Блюда разбиты на ценовые категории: маленькие, средние, большие и особые. Отметьте количество напротив названия и отдайте бланк официанту. Если названия только иероглифами, покажите на тарелку соседей. Принесённые блюда отмечают в карточке на вашем столе. Официанта зовут поднятой рукой. Берите по одной корзинке на двоих: в ней обычно три-четыре штуки. Счёт по-кантонски просят словами «май дань». Блюда приносят горячими прямо с кухни, поэтому не заказывайте всё сразу. Начните с трёх-четырёх корзинок и добавьте ещё, когда освободится место на столе.

4. Над пароварками: что заказать

   Классика дим-сама

   

   Начните с четырёх «небесных королей» дим-сама. Хакау — креветки в полупрозрачном тесте из пшеничного крахмала. Тесто должно быть тонким, со складками. Сиумай — открытые корзиночки со свининой и креветкой. Чаршу-бао — пышная булочка со свининой чашу, её верх трескается «улыбкой». И тарталетка с яичным кремом. Добавьте чхён фань, рисовые рулеты под соевым соусом, и «лапы феникса» — куриные лапки в соусе из чёрных бобов. Фирменное блюдо Паньси — прозрачный пирог из водяного каштана. Его режут ромбиками, он упругий и чуть сладкий. Ещё один знак качества: тесто хакау не рвётся, когда вы берёте его палочками. Ешьте его сразу, пока тесто горячее и прозрачное.

5. Чайник и пальцы

   Чайный этикет

   Сначала налейте соседям, потом себе. Когда наливают вам, постучите по столу согнутыми указательным и средним пальцами. Легенда говорит, что так благодарил слуга императора Цяньлуна, путешествовавшего инкогнито. Кланяться было нельзя, чтобы не выдать хозяина, и пальцы изобразили поклон. Если чайник пуст, сдвиньте крышку набок или приоткройте её. Официант без слов дольёт кипятка. Носик чайника не направляют на людей. Палочки не втыкают в рис и не стучат ими по посуде. Не берите последний кусочек с общего блюда, не предложив его соседям. Кости и скорлупу кладут на отдельную тарелку. Чаевые в Китае оставлять не принято.

6. После чая: озеро Литвань

   Прогулка у залива личи

   

   Литвань значит «залив личи». Когда-то здесь были протоки и сады с личи. Сегодня рядом с рестораном парк с озером, мостиками и лотосами. Летом лотосы цветут прямо у дорожек. Вдоль канала Личивань, который ведёт к кварталу Юнцинфан, стоят старые дома и плавают туристические лодки. После утреннего чая пройдите по набережной: за пятнадцать-двадцать минут вы дойдёте до улицы Эньнин. Набережная канала — хорошее место для фото: старые дома с балконами отражаются в воде, а под мостами проплывают лодки. Вечером включают подсветку. Сядьте на скамейку у воды и понаблюдайте за горожанами: здесь гуляют, поют и играют в китайские шахматы.

Юнцинфан — старый квартал Сигуаня на улице Эньнин, обновлённый в 2016 году без сноса. Здесь родовой дом семьи Брюса Ли, Музей кантонской оперы, гильдия оперных актёров, дом-музей строителя первой китайской железной дороги и мастерские медников. Вдоль квартала течёт канал Личивань. Это лучшее место, чтобы увидеть, как жили кантонские горожане сто лет назад. И понять, почему кантонская опера была здесь не искусством для избранных, а жизнью целой улицы.

1. Улица Эньнин, под галереями

   Улица оперных актёров

   

   Эньнин считается самой длинной и цельной улицей галерей-цилоу в Гуанчжоу. Здесь с конца девятнадцатого века жили актёры кантонской оперы. Рядом с ними селились портные, вышивальщицы и мастера реквизита. В 2016 году квартал Юнцинфан стал пилотным проектом «мягкой реновации». Старые дома не снесли, а укрепили и приспособили под кафе, книжные и мастерские. Сетку переулков сохранили. Посмотрите на фасады: где-то видна новая штукатурка, а где-то оставили старый кирпич. Так реставраторы показывают, что было и что добавлено. В бывших жилых домах открыты маленькие музеи и лавки ремёсел. Не бойтесь заглядывать во дворы: многие открыты для посетителей.

2. Ворота гильдии Бахэ на Эньнин

   Гильдия Бахэ

   

   Гильдия Бахэ — профессиональное объединение актёров кантонской оперы. Её основали в 1889 году, вскоре после отмены запрета. Первое здание стояло в западном пригороде Хуанша. Во время войны его разрушили японские бомбы, и в 1946 году гильдию восстановили на улице Эньнин. С тех пор это сердце кантонской оперы в Гуанчжоу. Гильдия устраивала похороны бедных актёров, улаживала споры, помогала с работой. В 2019 году здание отремонтировали: укрепили ворота и заменили крышу, изъеденную термитами. Иногда во дворе и под баньянами у канала поют любители. Найдите над входом табличку 八和會館. Название значит «Восемь согласий». Это не музей, а действующая организация, поэтому внутрь пускают не всегда.

3. Переулок Юнцин, дом 13

   Дом семьи Брюса Ли

   

   Этот дом связан с Ли Хайцюанем, отцом Брюса Ли, известным комиком кантонской оперы. Сам Брюс Ли родился в 1940 году в Сан-Франциско, где отец гастролировал с труппой, а вырос в Гонконге. Здесь он не жил, поэтому дом называют родовым. Внутри воссоздан интерьер сигуаньского дома: деревянная мебель, ширмы, двери-решётки. Есть и выставка о жизни актёра. Его китайское сценическое имя Ли Сяолун значит «Маленький дракон». У входа обычно фотографируются поклонники, так что на снимок без людей лучше приходить утром. Над внутренними дверями висит табличка 戲武世家, «Семья мастеров сцены и боя». Дом небольшой, на осмотр хватит пятнадцати минут.

4. Музей кантонской оперы

   Опера юэцзюй

   

   Музей открыт в 2016 году. Его двор устроен как южнокитайский сад с прудом, галереями и сценой у воды. Кантонская опера, юэцзюй, в 2009 году включена в список нематериального наследия ЮНЕСКО. В ней поют на кантонском языке, роли делятся на амплуа: учёные, воины, героини, комики. Костюмы тяжёлые, расшиты золотой нитью и блёстками. У генералов на спине флажки, у героинь — головные уборы с фениксами. В гриме цвет говорит о характере: красный значит верность, белый — коварство. В фондах музея больше пяти тысяч предметов: костюмы, головные уборы, инструменты, афиши. Посмотрите на головные уборы с длинными перьями фазана: такие носят полководцы и воины.

5. Медные мастерские на Эньнин

   Улица медников

   Эньнин издавна славится ручной обработкой меди. Мастера выколачивают молотками из листовой меди чайники, котелки, подносы и кувшины. Медь в кантонском хозяйстве ценили за то, что она быстро нагревается и долго держит тепло. Сегодня это ремесло, сигуаньская ковка меди, внесено в список нематериального наследия Гуанчжоу. Прислушайтесь: из открытых мастерских слышен стук молотков. Посмотрите на поверхность изделий: мелкие вмятины от молотка показывают ручную работу. Гладкая блестящая поверхность чаще говорит о фабричной штамповке. Небольшая медная кружка или ковшик — хороший сувенир: он лёгкий и не бьётся в чемодане. Спросите мастера, можно ли снять его работу.

6. Переулок Ячай у улицы Шиэрфу Сицзе

   Дом Чжань Тяньюя

   В 1816 году дед Чжань Тяньюя купил здесь сигуаньский большой дом. В нём в 1861 году родился будущий «отец китайских железных дорог». В 1872 году он, одиннадцатилетним мальчиком, уехал в США в первой группе китайских школьников, отправленных учиться на Запад. Окончил Йельский университет. В 1905–1909 годах он построил железную дорогу Пекин — Чжанцзякоу. Это первая крупная дорога, которую китайцы спроектировали и построили сами, без иностранных инженеров. На крутом горном участке он проложил путь зигзагом, чтобы поезда могли подняться. Сегодня в доме мемориальный музей с серыми кирпичными стенами и дверями танлун.

Музей стоит прямо над гробницей Чжао Мо, второго царя Наньюэ. Её нашли в 1983 году, и она оказалась нетронутой: грабители так и не добрались до склепа. Внутри лежали больше тысячи предметов, от нефритового погребального костюма до золотой печати «императора Вэня». Здесь вы спуститесь в настоящий каменный склеп и поймёте, как жил юг Китая до того, как стал частью империи. Наньюэ было отдельным царством со своим двором, армией и торговлей с далёкими странами.

1. Вход, фасад из красного песчаника

   Дом над гробницей

   Здание музея спроектировали архитекторы Мо Бочжи и Хэ Цзинтан, оно открылось в 1988 году. Посмотрите на стены: это красный песчаник, тот же камень, из которого сложен склеп. Архитекторы повторили материал гробницы, чтобы музей казался её продолжением. На фасаде рельефы по мотивам находок из склепа. Сам музей поднимается ступенями по склону холма Сянган, «Слоновьего холма», внутри которого и вырублена гробница. Обходите музей так: сначала спуск в склеп, потом залы с находками, в конце зал керамических подушек. Подписи к экспонатам есть по-английски, но короткие. Поэтому ниже рассказано, на что смотреть в каждом зале и почему это важно.

2. Спуск к гробнице

   Склеп на глубине 20 метров

   

   Склеп вырублен в холме на глубине около двадцати метров и сложен из более чем 750 блоков красного песчаника. План похож на иероглиф «士»: впереди передний зал и два боковых, сзади погребальная камера царя, две боковые камеры и кладовая. Всего семь помещений. Стены и потолок переднего зала расписаны красными и чёрными завитками облаков, следы росписи видны до сих пор. Двери склепа — тяжёлые каменные створки. Вместе с царём похоронили пятнадцать человек: четырёх наложниц в восточной камере, семерых слуг в западной, дворцового управителя, музыкантшу, стражника и возницу. Это был обычай эпохи: двор должен был служить правителю и после смерти. Посмотрите вверх: потолок сложен из огромных цельных плит.

3. Зал с нефритовым костюмом

   Костюм из 2291 пластины

   

   Чжао Мо положили в костюме из 2291 нефритовой пластины. Ханьская знать верила, что нефрит не даёт телу истлеть. Позже, при Восточной Хань, ранг определял нить: золотая для императора, серебряная и медная для знати. Здесь пластины сшиты красной шёлковой лентой, и это единственный известный костюм такого рода. Шёлк истлел, пластины рассыпались, и реставраторы собирали их заново. Посмотрите на кисти рук и ступни: они сделаны отдельно, как перчатки и башмаки. Рядом лежат нефритовые диски би с отверстием в центре. Их клали на тело и под него. Диск би считали символом неба: круглое небо и квадратная земля — основа древней китайской картины мира.

4. Витрина с печатями

   Печать императора Вэня

   

   Именно эта печать в августе 1983 года подсказала, чья это гробница. Надпись гласит «文帝行玺», «печать императора Вэня». Сторона чуть больше трёх сантиметров, вес 148,5 грамма. Это крупнейшая из найденных золотых печатей эпохи Западной Хань и первая найденная печать с драконом на рукояти. Дракон изогнут буквой S, и под его спиной остаётся просвет для шёлкового шнура: печать носили на поясе. На поверхности видны потёртости и следы красной мастики, значит, ею пользовались при жизни. Главное здесь слово «император». Этот титул Хань оставляла только своему правителю. Официально Наньюэ было вассалом, а в своих покоях царь скреплял бумаги императорской печатью.

5. Витрина с серебряной шкатулкой

   Шкатулка с запада

   

   Эта серебряная шкатулка выглядит чужой среди ханьских бронз, и не случайно. Выпуклые лепестки выдавлены изнутри молотком. Такую технику знали в Персии, а в Китае того времени ею не пользовались. Шкатулку считают самым ранним импортным изделием, найденным в Китае. Рядом посмотрите на другие следы дальней торговли: слоновьи бивни, остатки ладана, бронзовые сосуды из северного Вьетнама. Значит, уже во втором веке до нашей эры Паньюй был портом, куда приходили товары с юга и запада. Через тысячу лет Гуанчжоу станет главной гаванью Морского шёлкового пути. Эта шкатулка — одно из первых доказательств того, что дорога по морю была открыта задолго до этого.

6. Зал керамических подушек

   Подушки из керамики

   Последний зал на первый взгляд не связан с гробницей. Здесь коллекция керамических подушек, которую подарили музею гонконгские собиратели Ян Юндэ и его жена. В экспозиции около ста пятидесяти подушек от династии Тан до начала двадцатого века. Китайцы веками спали на твёрдых подушках: летом керамика холодит голову, а сложная причёска остаётся целой. Посмотрите на формы: тигр, лежащий ребёнок, домик, лист лотоса. Тигр считался защитником от злых духов. Рисунки на подушках — пожелания сыновей, богатства и долгой жизни. По подписям можно сравнить стили главных печей Китая, например печей Цычжоу с их чёрной росписью по белому фону.

Юэсю — самый большой парк в центре Гуанчжоу, он занимает несколько невысоких холмов. Здесь проходила северная граница старого города, и здесь сохранилась его самая заметная постройка: пятиярусная башня Чжэньхай 1380 года. Рядом стоят старые пушки, гранитный обелиск в память Сунь Ятсена и статуя Пяти козлов, главный символ города. За пару часов вы поймёте, откуда у Гуанчжоу прозвище «Город козлов» и как выглядел город, когда его ещё окружала стена.

1. Подножие башни Чжэньхай

   Башня, усмиряющая море

   Встаньте у подножия и посмотрите вверх. Высота башни 28 метров, ярусов пять, поэтому горожане зовут её просто «пятиэтажной». Два нижних яруса окружены стенами из красного камня, выше идёт кирпич. Внизу толщина стены почти четыре метра: это была часть оборонительной линии, а не павильон для любования видом. Каждый ярус чуть уже предыдущего, и башня стоит устойчиво, как ступенчатая гора. Крыши покрыты зелёной глазурованной черепицей. Первое имя башни — Ванхай, «Смотрящая на море». Слово «море» здесь не преувеличение: в устье Жемчужная река очень широкая. Сегодня реку отсюда закрывают дома и деревья, но башня по-прежнему смотрит на юг, в её сторону.

2. Отрезок стены рядом с башней

   Остаток минской стены

   Рядом с башней сохранился отрезок минской городской стены. Это почти всё, что осталось от укреплений, которые когда-то окружали весь старый город. Посмотрите на кладку: внизу красноватый песчаник, выше серый кирпич. Красный песчаник добывали неподалёку от города. Он мягкий и легко поддаётся резцу, поэтому из него в Гуанчжоу строили и стены, и гробницы, и основания храмов. Такой же камень вы увидите в склепе царя Наньюэ. Стену разбирали с 1918 года, а её линия превратилась в улицы. Если идти от парка на юг, вы пересечёте бывшую городскую черту, даже не заметив её. Только старые названия улиц напоминают, где стояли ворота.

3. Площадка перед входом в музей

   Музей и пушки

   

   В башне работает Музей Гуанчжоу. Городской музей занял её в 1929 году, это один из первых городских музеев Китая. На этажах история города от неолита до двадцатого века, а с верхнего яруса открывается вид на парк. У башни выставлены двенадцать старых пушек. Самые ранние отлиты в конце династии Мин, самые поздние — в эпоху опиумных войн середины девятнадцатого века. Такие стояли на фортах в устье Жемчужной реки и пытались остановить британские корабли. Подойдите ближе: на многих стволах отлиты иероглифы с датой и местом литья. Во дворе башни посмотрите на каменные стелы. Самая старая рассказывает о восстановлении башни в 1547 году.

4. Обелиск на вершине холма

   Обелиск Сунь Ятсена

   

   На вершине холма Юэсю стоит гранитный обелиск высотой 37 метров, построенный в 1929 году. Его спроектировал Люй Яньчжи, автор Мемориального зала Сунь Ятсена внизу. На лицевой стороне золотом высечено «Завещание вождя»: последний наказ Сунь Ятсена соратникам продолжать революцию. У основания поищите каменные головы козлов, намёк на прозвище города. Обелиск и зал стоят на одной оси. Это продолжение древней оси Гуанчжоу, которая шла с севера на юг от холма через резиденцию властей и улицу Бэйцзин к реке. Сверху видна синяя крыша зала. Подъём по лестнице в несколько сотен ступеней займёт минут десять.

5. Статуя Пяти козлов на холме Мукэган

   Легенда о пяти бессмертных

   

   Это легенда. Когда-то край страдал от голода. С неба спустились пятеро бессмертных в одеждах пяти цветов, верхом на пяти козлах. Каждый козёл держал во рту рисовые колосья. Бессмертные отдали колосья людям, пожелали, чтобы здесь никогда не было голода, и улетели, а козлы окаменели. Отсюда имена города: Янчэн, «Город козлов», и Суйчэн, «Город колосьев». Статуя высотой 11 метров сложена из 130 гранитных блоков. В центре стоит высокая коза с колосом во рту, у её ног четверо козлят в разных позах. Обойдите статую по кругу: каждый козлёнок повёрнут по-своему. Это самое популярное место для фото в парке, утром здесь свободнее.

Гуансяо — старейший буддийский храм Гуанчжоу. Местная поговорка говорит: «Сначала был Гуансяо, потом Город козлов». В 676 году здесь принял постриг Хуэйнэн, шестой патриарх чань-буддизма, который в Японии и на Западе знают как дзен. В храме сохранились пагода над его волосами и железные пагоды десятого века. В десяти минутах ходьбы стоит Цветочная пагода храма Шести баньянов. Вы поймёте, как буддизм приходил в Китай морем и почему спор о флаге помнят до сих пор.

1. Главные ворота храма

   От дворца к храму

   Храм старше многих городских стен. Здесь стояла резиденция Чжао Цзяньдэ, последнего правителя царства Наньюэ. В третьем веке сюда сослали учёного Юй Фаня из царства У. Он посадил здесь много деревьев хэцзы, миробаланов, и сад прозвали «Рощей хэцзы». После смерти учёного в 233 году семья отдала усадьбу под буддийский храм. Имя менялось много раз. Нынешнее, Гуансяо, «Сияющая сыновняя почтительность», утвердилось в 1482 году. Через Гуанчжоу морем приходили индийские монахи. В шестом веке здесь переводил сутры индийский монах Парамартха. А в начале восьмого века здесь перевели «Шурангама-сутру», одну из самых читаемых в Китае.

2. Главный зал Дасюнбаодянь

   Главный зал

   По хроникам, главный зал впервые построили в 401 году, а нынешний вид он получил при перестройке 1654 года. Это одна из самых старых построек юга Китая. Крыша двухъярусная, углы загнуты вверх. Изгиб облегчает вид тяжёлой крыши и отводит дождевую воду подальше от стен, что важно при здешних ливнях. Посмотрите под карниз: там деревянные кронштейны доугун. Это брусья, уложенные друг на друга ступенями. Они собирают вес черепицы и передают его на колонны, соединяясь врубками без гвоздей. Перед залом стоят каменные фонари и курильницы. Люди кланяются, держа палочки благовоний у лба, и втыкают их в песок курильницы.

3. Дерево бодхи за главным залом

   Ветер, флаг и бодхи

   По преданию, первое дерево бодхи здесь посадил индийский монах Чжияо в 502 году. Он привёз саженец из Индии, родины дерева, под которым Будда достиг просветления. Говорят, многие деревья бодхи в Китае ведут род от этого. Исходное дерево не сохранилось, нынешнее выросло из отростка, привезённого при династии Цин. Найдите табличку у ствола. Рядом стоит зал Фэнфань, «Ветра и флага», в память о споре, который решил судьбу Хуэйнэна. Лист бодхи узнать легко: он сердцевидный, с длинным вытянутым кончиком. Ботаники называют такой кончик капельным: по нему быстро стекает дождевая вода, и лист не остаётся мокрым в тропические ливни.

4. Пагода Ифа за главным залом

   Пагода погребённых волос

   

   Когда Хуэйнэну обрили голову, его волосы закопали, а над ними поставили восьмигранную пагоду Ифа, «Пагоду погребённых волос». Её возвели в 676 году. Высота 7,8 метра, ярусов семь. Пагода невелика, но для последователей чань это одно из самых почитаемых мест Китая. Почему волосы, а не мощи? Постриг — момент, когда человек уходит из мирской жизни. Волосы, отрезанные в этот день, стали памятью о рождении нового монаха. Посмотрите на ниши на каждом ярусе и на табличку на постаменте. Сам Хуэйнэн умер в 713 году. Его тело хранят в монастыре Наньхуа на севере провинции Гуандун.

5. Павильоны с железными пагодами

   Железные пагоды Южной Хань

   

   В храме стоят две железные пагоды царства Южная Хань, которое правило Гуанчжоу в десятом веке. Западную отлили в 963 году, её считают старейшей сохранившейся железной пагодой Китая. От неё осталось три яруса. Восточную отлили в 967 году. Она цела: семь ярусов, высота 7,69 метра и больше девятисот ниш с крошечными фигурками Будды. Когда-то её покрывала позолота. Посмотрите на основание: лепестки лотоса и драконы. Железо выбрали не случайно, оно не горит. Деревянные пагоды Китая одна за другой гибли в пожарах, а эти две пережили больше тысячи лет. Обе стоят под крышами павильонов, их легко пропустить.

6. Цветочная пагода, десять минут на восток

   Шесть баньянов поэта Су Ши

   

   Храм Шести баньянов основан в 537 году ради мощей Будды, привезённых из Камбоджи. Нынешняя пагода перестроена в 1097 году. Снаружи у неё девять ярусов, а внутри семнадцать: между наружными этажами спрятаны промежуточные. Высота 57,6 метра. Яркие карнизы делают её похожей на букет, отсюда имя «Цветочная». Шпиль венчает медный столп 1358 года с тысячей рельефных Будд. В 1100 году сюда зашёл поэт Су Ши, возвращавшийся из ссылки на острове Хайнань. Он увидел у пагоды шесть старых баньянов и написал два иероглифа: «六榕», «шесть баньянов». Доска с ними висит над воротами. В 1411 году по этой надписи переименовали весь храм.

Бэйцзин — главная пешеходная улица Гуанчжоу и самое старое место города. Она лежит на оси, вдоль которой город строился с 214 года до нашей эры. Под стеклом в мостовой видны одиннадцать слоёв дорог от династии Тан до двадцатого века. У северного конца улицы раскопан дворец царей Наньюэ с древним садом. Здесь вы посмотрите сквозь время: универмаг, здание 1919 года и руины второго века до нашей эры стоят в одном квартале.

1. Стеклянный настил посреди улицы

   Одиннадцать слоёв дорог

   

   Найдите стеклянный настил посреди улицы. Под ним раскоп длиной около 44 метров, глубина больше трёх метров. Сквозь стекло видны мостовые пяти эпох: Тан, Южной Хань, Сун и Юань, Мин и Китайской Республики. Внизу утрамбованная земля и кирпич, выше каменные плиты минской дороги. Посмотрите на разницу уровней: за тысячу с лишним лет улица поднялась больше чем на три метра, это высота целого этажа. Таблички у стекла объясняют, какой слой к какой эпохе относится. Раскоп оставили на месте, под открытым небом и стеклом, чтобы прохожие видели историю прямо под ногами. Сфотографируйте стекло сверху: на снимке хорошо видны ступеньки слоёв.

2. Основание ворот под стеклом

   Ворота Гунбэйлоу

   В той же полосе раскопа видны основание ворот-башни Гунбэйлоу эпохи Сун и каменные барабаны минских ворот. Двойную надвратную башню построили в 1244 году. Отсюда старое имя этого участка улицы — Шуанмэньди, «Под двойными воротами». Башня стояла на главной улице, ведущей к резиденции властей. На ней хранились медные водяные часы, по которым город узнавал время. Каменные барабаны — упоры для створок ворот, украшенные резьбой. Их ставили по обе стороны прохода. Найдите их под стеклом и прикиньте ширину ворот: сквозь них проносили паланкины чиновников и проходили процессии. Сама башня не сохранилась, но её фундамент показывает, где проходил главный въезд в административный центр города.

3. Северный конец улицы

   Здание с куполом

   Северный конец улицы замыкает здание с куполом и колоннами. Это бывшее финансовое управление провинции Гуандун, построенное в 1919 году. Оно стоит точно на исторической оси. Две тысячи лет здесь, на возвышенном северном конце, сидела власть: дворец Наньюэ, управления наместников, канцелярии Мин и Цин. Здание закрывает перспективу улицы, как сцена в конце зала. Архитекторы того времени любили европейскую классику: купол и колонны означали солидность и государственную власть. Сравните его с универмагами по бокам. Власть всегда стояла в конце оси, а торговля шла вдоль неё. Напротив, через улицу Чжуншань, начинается территория древнего дворца.

4. Дворец Наньюэ, улица Чжуншань-сы

   Сад царей Наньюэ

   

   Отсюда несколько минут до раскопа дворца царства Наньюэ, теперь это часть музея Наньюэ. В 1995 году здесь нашли большой каменный бассейн, в 1997 году — изогнутый каменный канал длиной около 150 метров. Дно канала выложено тёмной галькой, в нём стоят плиты-ступеньки и перегородки, о которые разбивалась вода. В конце канала был пруд в форме полумесяца, в нём нашли остатки сотен черепах. Это часть царского сада, одного из древнейших садов Китая. В 2005 году во дворце нашли больше ста деревянных табличек с записями дворцовой жизни. Над раскопом построен крытый зал, слои от Наньюэ до Республики подписаны. Посмотрите на колодцы разных эпох: их здесь десятки.

5. Торговая улица сегодня

   Две тысячи лет торговли

   

   Улица всегда была торговой. При Цин перед Новым годом здесь шумел цветочный рынок, работали книжные и ювелирные лавки. В 1907 году шанхайское издательство «Шанъу иньшугуань» открыло здесь филиал, за ним пришли другие книжные дома. Посмотрите на дома с галереями-цилоу: второй этаж нависает над тротуаром на столбах. Это ответ на здешний климат: под галереей нет палящего солнца и сухо в ливень. Сейчас улица пешеходная, с универмагами и закусочными. Попробуйте местное: рисовые рулеты чхён фань, говяжьи потроха в бульоне, имбирное молоко. В переулке рядом стоит Храм Большого Будды, основанный при Южной Хань.

Собор Святого Сердца строили 25 лет, с 1863 по 1888 год, по проекту французских архитекторов. Всё здание, от фундамента до шпилей, сложено из гранита, поэтому горожане зовут его «Шиши», «Каменный дом». Это одна из крупнейших готических церквей Китая и кафедральный собор католической архиепархии Гуанчжоу. Здесь вы увидите, как европейская готика выглядит в руках китайских мастеров, и узнаете, почему собор стоит на месте резиденции наместника.

1. Площадь перед главным фасадом

   Как читать готический фасад

   Встаньте в центре площади. Фасад построен по классической схеме: две башни по бокам, между ними щипец с крестом, в центре круглое окно-роза, внизу три портала. Каждый элемент несёт смысл. Роза — символ вечности, её лучи сходятся к центру. Башни тянут взгляд вверх, к небу: в этом весь замысел готики. На западной башне, слева от вас, есть часы. На восточной висели пять колоколов, привезённых из Франции. В 1980-х годах один отдали в церковь города Учжоу, четыре остались на месте. Поверните голову влево и вправо: вокруг обычные торговые дома, и собор поднимается над ними, как корабль над лодками.

2. Посмотрите на башни

   Готика из гранита

   

   Всё здание сложено из гранитных блоков: стены, колонны, шпили. Французские готические соборы строили из мягкого известняка, а гранит тесать гораздо труднее. Каждый блок обрабатывали вручную и поднимали на место без современных кранов. Шпили поднимаются больше чем на пятьдесят метров. Ищите элементы готики. Стрельчатые арки направляют вес вниз, поэтому стены можно прорезать высокими окнами. Контрфорсы вдоль боковых стен держат их, чтобы стены не распирало весом сводов. Не всё здесь камень. В 1928 и 1938 годах из-за термитов деревянные части перекрытий заменили железобетоном. Термиты — главный враг старых построек на юге Китая.

3. Нижние ряды кладки фасада

   Камни из Иерусалима и Рима

   При закладке в 1863 году в основание положили камень из Иерусалима и килограмм земли из Рима. На двух закладных камнях высечено: на восточном «Jerusalem 1863», на западном «Roma 1863». Смысл простой: церковь родилась в Иерусалиме и распространилась по миру из Рима. Найдите надписи в нижних рядах кладки по сторонам фасада. Латинские буквы на граните вырезаны так же чётко, как иероглифы на китайских стелах: работали местные мастера. Заодно посмотрите на ступени у входа. Когда-то их было семь, теперь видно только пять. За полтора века уровень улицы поднялся и скрыл две нижние ступени.

4. Внутри собора

   Своды и витражи

   

   Если собор открыт, войдите. Длина здания около 77 метров, высота нефа 28 метров. Нефы разделены рядами гранитных колонн, своды стрельчатые. Французские витражи девятнадцатого века почти полностью погибли в войнах и в годы Культурной революции. Много стёкол выбило в 1949 году, когда отступающие войска взорвали мост Хайчжу неподалёку. При большой реставрации 2004–2006 годов вставили 98 новых витражей, их изготовили на Филиппинах. На них сцены из Библии с подписями по-английски. В солнечный день на гранитный пол ложатся синие и красные пятна света. Во время мессы фотографировать не принято, садитесь в задних рядах.

5. Улица Идэлу у собора

   Собор посреди рынка

   Выйдите на улицу Идэлу у собора. Это один из главных оптовых рынков старого Гуанчжоу: сушёные морепродукты, грибы, сладости, игрушки, новогодние украшения. Мешки с сушёными гребешками и грибами стоят прямо у дверей лавок. Здесь закупаются рестораны и мелкие магазины. Контраст с собором поразительный: тишина гранитных сводов и в двадцати шагах шум тележек, торг и запах сушёной рыбы. Так было и раньше: собор строили в торговом квартале у реки, рядом с пристанями. По выходным на площади перед собором фотографируются свадебные пары: готический фасад здесь самый любимый фон. Рынок работает с раннего утра, к вечеру лавки закрываются.

Жемчужная река — главная улица Гуанчжоу. Час по воде от пирса Тяньцзы до Кантонской башни показывает историю города по порядку: пристань, где встречали чиновников империи, мосты и набережную начала двадцатого века, небоскрёбы нового центра. Отправляйтесь после заката, когда включают подсветку берегов. Тогда вы увидите, как маленький порт вырос в мегаполис, и поймёте, почему город две тысячи лет смотрит на реку.

1. Пирс Тяньцзы, перед отплытием

   Первая пристань

   

   Тяньцзы значит «иероглиф Тянь». Причал назвали по первому знаку «Тысячесловия», древнего учебника письма: «тянь», «небо», в нём стоит первым. Имя означало «первая, главная пристань». При Цин здесь встречали и провожали чиновников из Пекина. 10 марта 1839 года здесь сошёл на берег Линь Цзэсюй. Рядом мост Хайчжу. Его строила американская фирма с 1929 по 1933 год, это первый городской мост через реку. Центральный пролёт поднимался, пропуская суда. В 1938 году механизм повредили японские бомбы. 14 октября 1949 года отступающие войска Гоминьдана взорвали мост. Его восстановили за полгода, но уже без подъёмного пролёта.

2. Северный берег, башня с часами

   Таможня с латинскими буквами

   

   На северном берегу ищите здание с колоннами и башней с часами. Это бывшая таможня Гуандуна, построенная в 1916 году по проекту британского архитектора. Высота около 32 метров. Горожане зовут её просто «Большие часы». Часы сделаны в Англии в 1915 году и до сих пор идут на механике. Сначала они играли мелодию «Вестминстерских курантов», в годы Культурной революции — песню «Алеет Восток». С 2016 года часы бьют дважды в день, в восемь утра и в восемь вечера. Если плывёте в это время, прислушайтесь. Над входом латинская надпись «CVSTOM HOVSE»: буква V стоит вместо U, как писали древние римляне.

3. Северный берег, белая башня

   Гостиница Айцюнь

   Чуть дальше по набережной стоит белое здание с закруглённым углом. Это гостиница Айцюнь, открытая в 1937 году. Высота 64 метра, 15 этажей. Тридцать лет, до 1967 года, это был самый высокий дом Гуанчжоу. Архитекторы Ли Бинъюань и Чэнь Жунчжи вдохновлялись нью-йоркским небоскрёбом Вулворт, но внизу сделали кантонскую галерею-цилоу на столбах. Здание стоит на углу двух улиц, поэтому в плане оно треугольное. В начале войны с Японией его перекрасили в чёрный цвет, чтобы оно не служило ориентиром для бомбардировщиков. Белым его снова сделали только в 1964 году. С воды хорошо видна вертикальная надпись с названием гостиницы на верхних этажах.

4. Мост Хайинь и остров Эрша

   Мосты и остров Эрша

   Вниз по течению судно проходит под мостом Хайинь 1988 года, первым вантовым мостом города. Полотно висит на стальных тросах, натянутых от высоких пилонов. В подсветке тросы похожи на струны арфы. Затем виден остров Эрша. Там тихие кварталы вилл, концертный зал «Синхай» и гребные базы. Зал назван в честь композитора Сянь Синхая, автора «Кантаты о Хуанхэ», чьи предки были из Паньюя под Гуанчжоу. Посмотрите на берега: гранитные парапеты и набережные почти целиком искусственные. Веками горожане отвоёвывали землю у реки, засыпая отмели, и русло в центре стало заметно уже. Само имя Эрша значит «Вторая отмель»: когда-то здесь был просто песчаный нанос посреди реки.

5. Новый центр Чжуцзян Синчэн

   Новый город

   

   Дальше начинается деловой центр Чжуцзян Синчэн, построенный в основном после 2000 года. Самая высокая башня — финансовый центр CTF высотой 530 метров, рядом башня IFC около 440 метров. Тёмное здание у воды, похожее на два обкатанных рекой камня, — Оперный театр Захи Хадид, открытый в 2010 году. Рядом, как резная шкатулка, стоит Музей провинции Гуандун. Между ними проходит новая ось города: зелёный бульвар, который пересекает реку и упирается прямо в Кантонскую башню. Старая ось шла через улицу Бэйцзин, новая — здесь. Вечером фасады небоскрёбов работают как экраны: по ним бегут световые картины.

6. Кантонская башня на южном берегу

   Тонкая талия

   

   Башня высотой 600 метров открылась в 2010 году к Азиатским играм. Проект голландских архитекторов Марка Хемела и Барбары Куит. Сетка из стальных труб закручена вокруг оси, поэтому в середине башня сужается. Горожане прозвали её «сяо мань яо», «тонкая талия». Форма работает и на прочность: наружная решётка служит жёстким каркасом. На высоте около 450 метров по краю крыши медленно ходит колесо обозрения с шестнадцатью прозрачными кабинками. Вечером на фасаде идут световые программы, цвета и узоры меняются каждые несколько минут. Если хотите подняться, отложите это на отдельный вечер: очереди бывают долгими. С воды башню лучше всего снимать, когда судно разворачивается у её подножия.

Мемориальный зал построен в 1929–1931 годах в память о Сунь Ятсене, основателе Китайской Республики. Он стоит там, где в 1921–1922 годах работала его президентская резиденция, которую обстреляли пушки мятежного генерала. Снаружи это китайский дворец под синей черепицей, внутри — зал больше чем на три тысячи мест без единой колонны. Здесь вы узнаете, кто такой Сунь Ятсен, почему его почитают и в Пекине, и в Тайбэе, и какую роль в его жизни сыграл Гуанчжоу.

1. Площадь перед статуей

   Отец нации

   

   Перед залом стоит бронзовая статуя Сунь Ятсена в длинном пальто и с тростью, высотой около пяти метров. В Китае его чаще зовут Сунь Чжуншань. Имя Чжуншань он взял от японской фамилии Накаяма, под которой жил в эмиграции. Его почитают как отца нации и в КНР, и на Тайване: редкий случай, когда обе стороны согласны. Для КНР он революционер, свергнувший монархию и заключивший союз с коммунистами в 1920-х. Для Тайваня он основатель республики и партии Гоминьдан. Поэтому по большим праздникам его портрет выставляют на площади Тяньаньмэнь. Улица Чжуншань есть почти в каждом городе Китая, а его родной уезд теперь называется Чжуншань.

2. Посмотрите на здание целиком

   Архитектор, не увидевший здание

   Проект выбрали по конкурсу. Победил Люй Яньчжи, автор мавзолея Сунь Ятсена в Нанкине. Он умер от рака в 1929 году, в 35 лет, в год начала стройки. Здание достраивали без него. Снаружи это китайский дворец высотой 52 метра: восьмигранная крыша, загнутые карнизы, красные колонны. С четырёх сторон к центральному объёму пристроены портики под своими крышами, и крыши спускаются каскадом. Внутри стальной каркас и железобетон, новейшая техника того времени. Синяя черепица и светлые стены повторяют цвета гоминьдановского флага, «синее небо, белое солнце», как и в Нанкине. Сегодняшняя синяя черепица уложена при большом ремонте 1963 года.

3. Над главным входом

   «Поднебесная принадлежит всем»

   Над входом доска из четырёх иероглифов: «天下为公», «Поднебесная принадлежит всем». Это цитата из древней «Книги обрядов», из рассказа о золотом веке, когда власть передавали самому достойному, а не сыну. Для Сунь Ятсена это был лозунг против наследственной монархии. Он любил эту фразу и часто писал её кистью в подарок соратникам, поэтому её можно встретить на многих памятниках ему по всему Китаю. Его программа называлась «Три народных принципа»: национализм, народовластие и народное благосостояние. Гимн Тайваня до сих пор начинается со слов об этих трёх принципах. Сфотографируйте надпись: эти четыре знака пригодятся, вы увидите их ещё не раз.

4. Внутри зала

   Зал без колонн

   

   Если зал открыт, войдите. Купол держат стальные фермы длиной около тридцати метров, поэтому внутри нет ни одной колонны. Диаметр зала 71 метр, кресел больше трёх тысяч двухсот. В 1931 году это был один из самых больших залов без опор в Китае. Посмотрите вверх: под куполом расписные балки в традиционном стиле, свет падает через стеклянный фонарь в центре. Здесь идут концерты и спектакли. В 1938 году японская авиация бомбила здание, но каркас выдержал. 16 сентября 1945 года именно в этом зале японское командование подписало капитуляцию своих войск в районе Гуанчжоу. Если внутрь не пускают, загляните в двери: купол виден и с порога.

5. Сад у северного входа

   Король капоков

   Обойдите здание к северному входу. Там растёт капок, дерево мумянь, которому около трёхсот лет. Его зовут «королём капоков». Капок — символ Гуанчжоу. Весной на голых ветвях раскрываются крупные красные цветы, и дерево стоит как факел. Опавшие цветы горожане собирают и сушат: их добавляют в травяной чай от жары. Дерево старше зала почти на два века и помнит президентскую резиденцию Сунь Ятсена. Отсюда хорошо видно, что зал стоит у подножия холма Юэсю. Над деревьями на холме поднимается обелиск, и он стоит на одной оси с залом. Если вы приехали в марте, ищите под деревом людей с пакетами: они собирают цветы.

6. На выходе с площади

   Гуанчжоу — база революции

   Гуанчжоу был главной опорой Сунь Ятсена. Здесь в 1895 году провалилось его первое восстание. Здесь в апреле 1911 года погибли повстанцы, похороненные на холме Хуанхуаган, их называют «72 мученика». С 1917 по 1923 год Сунь трижды создавал в Гуанчжоу своё правительство. В июне 1922 года войска генерала Чэнь Цзюнмина обстреляли его резиденцию. Сунь бежал на канонерку «Юнфэн» и больше пятидесяти дней держался на реке. К нему присоединился молодой офицер Чан Кайши. В 1924 году Сунь основал военную академию Вампу и университет, который теперь носит его имя. Отсюда до обелиска на холме Юэсю десять минут пешком.

Байюнь — горный парк к северу от центра Гуанчжоу, около 28 квадратных километров леса. Здесь больше тридцати вершин, высшая — Мосинлин, 382 метра. Название значит «белые облака»: после дождя склоны затягивает туманом. Гора почти в каждую эпоху входила в список «восьми видов» города. Здесь вы поймёте, почему горожане веками поднимались сюда за чистой водой и здоровьем. А сверху увидите весь Гуанчжоу: от старого холма Юэсю до Кантонской башни.

1. Южные ворота, нижняя станция канатки

   Подъём над лесом

   

   Нижняя станция канатной дороги стоит рядом с южными воротами парка. За вход в парк, за канатку и за подъём на Мосинлин платят отдельно, суммы небольшие. Канатную дорогу открыли в 1986 году. Линия длиной около 1,6 километра поднимается примерно на двести метров за шесть минут. Под кабинкой субтропический лес: камфорные деревья, сосны, бамбук. Посмотрите вниз на тропы. По ним горожане поднимаются пешком на утреннюю зарядку. Пешая дорога от южных ворот наверх занимает около полутора часов. Гора служит городу «зелёными лёгкими». В выходные утром очередь на канатку бывает длинной: на гору едут целыми семьями. Если очередь большая, поднимайтесь пешком, а вниз спуститесь на канатке.

2. Долина Пугу, у ручья Пуцзянь

   Бессмертный Чжэн Аньци

   Самая старая легенда горы связана с Чжэн Аньци. По преданию, в конце эпохи Цинь он жил здесь отшельником, собирал травы и лечил людей. Собирая аир для больных, он сорвался со скалы и вознёсся бессмертным на журавле. В его честь двадцать пятого числа седьмого лунного месяца горожане поднимались в горы, собирали аир и купались в ручье ради здоровья. Аир — болотная трава с узкими длинными листьями и пряным запахом. В праздник лодок-драконов её вешают над дверью, чтобы отогнать болезни. Долина Пугу названа по аиру, по-китайски «пу». Здесь стоит каменная скульптура отшельника с травами.

3. Видовые точки по дороге вверх

   Восемь видов Янчэна

   Янчэн, «город козлов», — старое имя Гуанчжоу. Восемь видов — список лучших пейзажей города. Его составляли заново в разные эпохи, и каждый список показывает вкус своего времени. При династии Сун в него вошёл «Ручей Пуцзянь и водопад». При Юань добавили «Вечерний вид с Байюнь» и «Монахи возвращаются в храм Цзинтай». В 1963 году выбрали «Сосновый шум Байюнь», в 1986 году — «Парчу облачных гор». В 2002, 2011 и 2025 годах — «Изумрудные ярусы облачных гор». Древние ценили закат и храмы, современные — лес. Остановитесь у любой площадки и попробуйте сами придумать название для вида. Каждое название — короткая поэтическая формула из четырёх иероглифов.

4. Вершина Мосинлин, 382 метра

   Хребет, касающийся звёзд

   

   Мосинлин значит «хребет, касающийся звёзд». Так вершину зовут с эпохи императора Канси, с конца XVII века. Раньше её называли просто «Высочайшая вершина». Не путайте её с площадью у верхней станции канатки: эту площадь тоже зовут «вершиной», но настоящая высшая точка дальше. От канатки к ней ведут лестницы и дорожки, идти ещё около двух километров. На вершине камень с надписью «Мосинлин, высота 382 метра», беседки и геодезический знак 1986 года. Рядом дерево желаний: к его веткам привязывают красные ленты с пожеланиями. Вершина хороша не только высотой. В ясную погоду отсюда видно и север, где равнина уходит к новому аэропорту.

5. Смотровая площадка над городом

   Что видно сверху

   

   Встаньте лицом на юг. Внизу раскинулся центр Гуанчжоу. Найдите Кантонскую башню с сужением посередине. Рядом с ней небоскрёбы CTF и IFC в районе Чжуцзян Синчэн. За ними блестит полоса Жемчужной реки. Ближе, у подножия, зелёный холм парка Юэсю с красной башней Чжэньхай. К западу от горы до 2004 года работал старый аэропорт Байюнь. Новый аэропорт с тем же именем построили примерно в тридцати километрах к северу. В дымку видно хуже, лучшая видимость бывает осенью и после дождя. Обратите внимание, как плотно город обступил гору с юга и как мало построек на её лесистых склонах.

Цзумяо — главный храм старого Фошаня, основанный в конце XI века. Он посвящён даосскому богу Бэйди, владыке Севера и воды. В дельте, где наводнения были главной бедой, такой покровитель был нужнее всех. Сегодня храм — музей под открытым небом. Здесь лучшие керамические коньки крыш Гуандуна, старинная оперная сцена и залы Вонг Фей Хуна и Ип Мана. Здесь вы поймёте, как один храм управлял целым торговым городом.

1. Ворота Линъин перед прудом

   Ворота «чудесного отклика»

   

   Эти ворота поставили в середине XV века, после того как двор дал храму имя «Линъин». На лицевой стороне доска с этим именем. Обойдите ворота: на обратной стороне золочёная надпись «Шэнъюй» — «священные пределы». Ворота трёхъярусные, из дерева и камня. Посмотрите под каждую крышу. Её держат десятки деревянных кронштейнов-доугунов, собранных без гвоздей, как конструктор. Такие кронштейны разносят вес тяжёлой черепичной крыши на столбы. Это одни из самых внушительных старинных ворот в Гуандуне. Прямо за воротами пруд Цзиньсян, дальше вход в сам храм. Так выстроена главная ось комплекса: с юга на север, от сцены Ванфутай через ворота и пруд к залам Бэйди.

2. Пруд Цзиньсян с каменной черепахой

   Повелитель воды

   Храм основан в годы Юаньфэн, между 1078 и 1085 годами, и перестроен в 1372-м. Его посвятили Бэйди, Тёмному Воину Севера. Фошань стоит в дельте среди рек, а Бэйди считался властителем воды. Веру в него принесли на юг переселенцы с севера ещё при Сун. Символы Бэйди — черепаха и змея. Найдите их скульптуру на камне посреди пруда Цзиньсян. По легенде, это демоны, которых Бэйди победил и сделал своими генералами. «Цзумяо» значит «храм предков»: так горожане называли главный храм города. Черепаха и змея и есть Тёмный Воин: в древности Север изображали как черепаху, обвитую змеёй. Позже символ превратился в бога в человеческом облике, а животные остались у его ног.

3. Перед воротами Санмэнь, смотрите на крышу

   Керамический театр на крыше

   Конёк над тремя арками ворот Санмэнь тянется примерно на 30 метров. На нём сотни фигур из шиваньской керамики: герои кантонских опер, воины, учёные, драконы и фениксы. Высота конька вместе с фигурами — примерно в рост человека. Его делали шиваньские мастера в конце XIX века, во время большой реставрации при императоре Гуансюе. Глазурь не боится дождя и солнца, поэтому цвета держатся больше века. Присмотритесь: каждая группа фигур разыгрывает конкретную сцену, как стоп-кадр спектакля. Неграмотные прихожане узнавали сюжеты по позам и костюмам. Найдите сцены, где сражаются всадники, и сцены, где сидят за столом: битвы и пиры — любимые сюжеты кантонской оперы.

4. Главный зал, статуя Бэйди

   Бронзовый бог

   

   В главном зале сидит бронзовая статуя Бэйди эпохи Мин, потемневшая от дыма благовоний. Бога принято изображать с распущенными волосами и босыми ногами. Под ногами у него черепаха и змея — те же, что в пруду. Посмотрите вверх: балки и кронштейны покрыты резьбой и позолотой. Фошань славился резчиками по дереву и литейщиками не меньше, чем гончарами. Над входом висят доски с надписями в честь бога. Перед статуей ставят благовония и просят защиты от бед. Ведите себя тихо и не наступайте на высокий порог: через него принято перешагивать. Фошань был центром литья железа и бронзы, так что металлические курильницы и колокола во дворах — местная работа.

5. Сцена Ванфутай в южной части

   Сцена для бога

   

   Сцену построили в 1658 году под названием Хуафэнтай. При императоре Канси её переименовали в Ванфутай — «сцена десяти тысяч благ». Спектакли играли прежде всего для Бэйди: сцена стоит лицом к храму, зрители стояли во дворе. Свод над сценой устроен так, что голос актёра слышен почти одинаково из любой точки двора. Фошань считается родиной кантонской оперы. На этой сцене начинали звёзды жанра, среди них знаменитая актриса Хун Сяньнюй. Обратите внимание на золочёную резную перегородку между сценой и закулисьем. Слева и справа — двери для выхода и ухода актёров. Встаньте в глубине двора и представьте спектакль: бог смотрит его из своего зала поверх голов зрителей.

6. Мемориал Вонг Фей Хуна и площадка танца

   Вонг Фей Хун и южный лев

   

   Вонг Фей Хун родился в 1847 году в уезде Наньхай. Мастер стиля хунгар, врач-костоправ и знаменитый исполнитель танца льва. О нём сняли больше ста фильмов, у нас известен «Однажды в Китае» с Джетом Ли. Во дворе мемориала показывают южный львиный танец. У южного льва большая голова с рогом и зеркальцем на лбу, подвижные глаза и уши. Под костюмом двое: один ведёт голову, другой изображает задние лапы. Лучшие команды прыгают по высоким столбам. Кульминация — «цай цин»: лев срывает подвешенную зелень с красным конвертом. Вонг Фей Хун держал в Гуанчжоу лечебницу «По Чи Лам», где вправлял вывихи и продавал лекарства. Умер он в 1925 году.

7. Зал Ип Мана

   Вин-чун и деревянный манекен

   Ип Ман родился в Фошане в 1893 году. После 1949 года он переехал в Гонконг и учил там вин-чун до самой смерти в 1972 году. Среди его учеников был Брюс Ли, который потом сделал кунг-фу мировой модой. Вин-чун — стиль ближнего боя: короткие прямые удары, защита и атака одновременно. В зале найдите деревянный манекен с тремя «руками» и «ногой». На нём отрабатывают блоки и удары, не нужен партнёр. Если повезёт, увидите показательное выступление учеников. Фильмы «Ип Ман» с Донни Йеном, первый вышел в 2008 году, сделали героем кино уже самого учителя. Действие первого фильма происходит как раз в Фошане.

Наньфэн — драконья печь эпохи Мин в Шиване, гончарном районе Фошаня. Её построили в годы Чжэндэ, между 1506 и 1521 годами, и с тех пор в ней почти без перерыва обжигают керамику. Длина печи — 34,4 метра. Вокруг старые мастерские, лавки и переулки со стенами из черепков. Здесь вы поймёте, откуда взялись керамические фигуры на крышах храма Цзумяо и как гончары без термометров управляли огнём.

1. У входа в квартал, под баньянами

   Гончарная столица Юга

   Шивань — район Фошаня на реке Дунпин. Местность называют «гончарной столицей Юга». Посмотрите вверх по склону. Длинные двускатные навесы, ступенями поднимающиеся на холм, — это крыши над драконьими печами. Если вы были в храме Цзумяо, вы уже видели шиваньскую работу на его воротах. Здесь те же мастерские, только ближе к огню. Квартал живой: в мастерских работают гончары, в лавках продают их изделия. Начните с общего вида. По обе стороны лестницы тянутся длинные навесы, под каждым своя печь. Наверху беседка, оттуда видно, как навесы спускаются по склону. Отсюда понятно главное: печь не стоит на земле, а лежит на холме.

2. У нижнего устья печи Наньфэн

   Дракон на склоне

   

   Драконья печь — это длинный сводчатый тоннель, уложенный вверх по склону холма. Длина Наньфэн — 34,4 метра, внутренняя камера — около 31 метра. Топка внизу, жар поднимается по уклону, как по трубе, и проходит через всю печь. Длинное тело ползёт вверх по холму, отсюда и название. Посмотрите на устье топки, почерневшее от огня. Сюда закладывали первые охапки дров. Над печью навес из черепицы на деревянных столбах: он защищает кладку от дождя, который мог бы её разрушить. С 2001 года печь — памятник государственного значения. Склон даёт печи естественную тягу, поэтому высокая труба ей не нужна.

3. Вдоль спины печи, у отверстий

   Огненные глаза

   

   Пройдите вверх вдоль печи. Посмотрите на ряды маленьких отверстий в своде. Их называют «огненными глазами». По ходу обжига через них подбрасывали дрова, чтобы огонь шёл ступенями снизу вверх. Внизу, посередине и наверху печи температура разная. Мастер расставлял изделия туда, где нужен свой жар. Термометров не было, всё решал опыт: цвет пламени и звук печи. Поэтому каждая партия немного отличалась от предыдущей, и глазурь могла выйти непредсказуемой. Такие случайности ценятся собирателями. Глазурь в огне плавится и растекается. Когда жар меняется, на вазе появляются потёки и пятна другого цвета. Китайцы называют это «яобянь» — «превращение в печи».

4. Соседняя печь Гаоцзао

   Печи дракона и феникса

   Рядом стоит вторая печь той же эпохи — Гаоцзао, то есть «высокая печь». Её длина 32,16 метра, она чуть короче Наньфэн. Вместе их называют «печи дракона и феникса». В Китае это пара символов: дракон мужской, феникс женский, вместе они означают удачу и союз. Обе печи внесены в список памятников государственного значения. Сейчас их топят по очереди, чтобы старая кладка успевала отдохнуть. Если в день вашего визита идёт обжиг, у печи будет жарко и пахнуть дымом. Спросите у смотрителей, где сегодня огонь. Для драконьей печи тридцать с лишним метров — средняя длина: в Южном Китае археологи находили печи гораздо длиннее.

5. Старые переулки вокруг печей

   Стены из черепков

   В переулках вокруг печей посмотрите на стены. Часть их сложена из битых горшков, кувшинов и керамических коробов, в которых изделия стояли в печи. Брака за века накопилось столько, что его пустили на стройку. Кое-где из кладки торчат донышки и горлышки. Такие стены прочны и не боятся сырости. Попробуйте найти в стене целый кувшин. Здесь же — старые мастерские и лавки, где продают посуду, вазы и фигурки прямо от мастеров. Обратите внимание на цвет стен: бурые, серые, зеленоватые пятна — это разная глина и разные глазури. Это старинная переработка отходов: ничего не пропадало зря.

6. Мастерские и лавки фигурок

   Шиваньские куколки

   

   Шиваньские фигурки по-кантонски называют «гунцзай», то есть куколки. Узнать их легко. Лицо и руки персонажа часто оставляют без глазури, и видна тёплая шершавая глина, похожая на кожу. Одежду, напротив, покрывают густой блестящей глазурью. Шиваньская глина грубее и темнее фарфоровой, зато пластичнее. Мастера лепят морщины, рёбра и складки ткани. Любимые сюжеты — смеющиеся монахи, рыбаки, старики, герои опер. Во многих мастерских можно посмотреть лепку и попробовать самому. Если покупаете, переверните фигурку: на дне часто стоит печать мастера или мастерской. Хорошо обожжённая керамика при лёгком щелчке звенит, а не стучит глухо. Мелкие фигурки продают и в лавках у входа в квартал.

Сад Цинхуэй в районе Шуньдэ — один из четырёх знаменитых садов Линнани, как называют Южный Китай. Он вырос из усадьбы эпохи Мин, и одна семья достраивала его пять поколений. В отличие от просторных садов Сучжоу, здесь всё устроено ради тени и прохлады. А рядом, на улице Хуагай, начинается кухня Шуньдэ. С 2014 года город носит звание «Город гастрономии» ЮНЕСКО. Здесь вы поймёте, как климат определяет и архитектуру, и меню.

1. Круглые ворота дворика «Чжуюань»

   Сад для жары

   

   Четыре знаменитых сада Линнани — Цинхуэй в Шуньдэ, Кэюань в Дунгуане, Юйинь Шаньфан в Паньюе и сад Лян в Фошане. В отличие от просторных садов Сучжоу, они тесные и плотно застроены. Причина — климат. Здесь важнее всего тень и сквозняк. Дома и крытые галереи стоят близко, между ними узкие дворики, высокие деревья и вода. Круглые ворота «Чжуюань», «Бамбуковый дворик», работают как рамка картины. Через них видна зелёная полоса бамбука, который шелестит от малейшего ветра. Встаньте в проёме и почувствуйте, как тянет прохладой. Рядом сажали бамбук и банан: их листья дают тень и шумят под дождём.

2. Павильон над прудом с лотосами

   Дом на воде

   Пруд — сердце сада. Вода охлаждает воздух, а лёгкие павильоны поставлены прямо над ней на сваях. Под полом гуляет ветер. Обратите внимание на деревянные решётки и низкие перила: в жаркий день здесь пили чай, читали и смотрели на рыб. Летом пруд покрывают листья лотоса. Лотос в Китае — символ чистоты: он растёт из ила и остаётся чистым. Для учёной семьи это намёк на честную жизнь. Высокие деревья вокруг пруда бросают тень на воду, чтобы она не прогревалась. Посмотрите в воду: здесь плавают крупные золотые карпы. Рыба в пруду считалась знаком достатка, ведь слово «рыба», юй, звучит как «избыток».

3. Корабельный павильон у пруда

   Дом-лодка

   

   Двухэтажный Корабельный павильон повторяет форму прогулочных лодок, на которых богатые кантонцы отдыхали на Жемчужной реке. Посмотрите на лепнину на стенах: бамбук, банановые листья, улитки, волны. Она создаёт иллюзию, что лодка причалила у зарослей. Окна и галерея наверху работают как палуба: оттуда виден весь пруд. Это любимый приём кантонских садов — строить дом, который притворяется чем-то другим. Хозяева могли «плыть», не выходя из дома. Мостик соединяет павильон с берегом, будто трап. Под окнами вода, и в жару от неё тянет прохладой. Поднимитесь наверх, если лестница открыта: оттуда лучший вид на пруд и крыши.

4. Окна с цветным стеклом

   Стекло из-за моря

   Во многих окнах вставлено цветное травлёное стекло цинской эпохи, привезённое из-за моря через порт Гуанчжоу. Синие, красные и жёлтые квадраты в деревянных решётках отбрасывают цветные пятна на пол. Найдите в павильоне Люфэньгэ шесть синих стёкол с гравировкой. На них даосские бессмертные из сюжета «Восемь бессмертных переплывают море». Такие окна были модой богатых кантонских домов XIX века и показывали связь семьи с заморской торговлей. Китайский сюжет на европейском стекле — хороший символ Гуанчжоу того времени. Встаньте так, чтобы солнце светило через стекло: цветной квадрат ляжет вам на ладонь. В ясный день эффект самый яркий.

5. Улица Хуагай рядом с садом

   Почему Шуньдэ — город еды

   

   В декабре 2014 года ЮНЕСКО включило Шуньдэ в сеть городов гастрономии, вторым в Китае после Чэнду. Повара отсюда веками работали в Гуанчжоу и Гонконге. Местное молоко буйволиное и очень жирное. Из него делают шуанпинай — двойной молочный пудинг. Молоко кипятят и остужают, сверху застывает пенка. Молоко осторожно сливают из-под пенки, смешивают с яичным белком и сахаром, заливают обратно и готовят на пару. Получается вторая пенка. Ложка должна сначала продавить морщинистую корочку, а потом уйти в нежный крем. Шуньдэ называют родиной кантонских поваров: в ресторанах Гонконга и Гуанчжоу шефы отсюда ценились особо.

6. За столом ресторана Шуньдэ

   Что заказать

   

   Кухня Шуньдэ ценит свежесть и чистый вкус, приправ мало. Рыба из окрестных прудов — главный продукт. Юйшэн — тончайшие ломтики сырой рыбы, к ним подают тарелочки с имбирём, луком, арахисом, перцем и маслом, смешивают прямо за столом. Помните, что сырая пресноводная рыба может быть заражена паразитами. Безопаснее заказать рыбные шарики, рыбу на пару или рыбную кашу. Обязательно попробуйте жареное молоко и лунцзяо-гао — белый упругий пирог из рисовой муки родом из посёлка Лунцзяо в Шуньдэ. Заказывайте по картинкам в меню, во многих ресторанах они есть. Порции рассчитаны на компанию: вдвоём берите две-три тарелки и десерт.

Фэнцзянь — водная деревня в посёлке Синтань района Шуньдэ. Её прорезают каналы, через них перекинуты каменные мосты разных эпох, над водой нависают баньяны. Так жила дельта Жемчужной реки до заводов: лодками, шёлком и рыбой. Здесь вы поймёте, как устроена система тутовых дамб и рыбных прудов, которая кормила Шуньдэ веками. И узнаете, почему именно здешний шёлк дал Китаю особых женщин — «цзышунюй», тех, кто сам заплетал себе волосы.

1. На мосту Минъюань

   Самый длинный старый мост

   

   Мост Минъюань — трёхпролётный каменный, самый длинный из сохранившихся арочных мостов Шуньдэ. По уездной летописи, первый мост здесь построили при династии Сун. Его много раз перестраивали, нынешний облик — минский. Посмотрите на гранитные плиты настила: их края стёрты тысячами ног. Арки высокие, чтобы под ними проходили гружёные лодки. Сегодня Минъюань — памятник провинциального значения. Ещё один старинный мост деревни, Цзюйцзи, тоже ведёт историю от эпохи Сун. Встаньте на середину моста и посмотрите вдоль канала. Отсюда видно, как вода делит деревню на кварталы, а дома стоят к ней лицом. На ступенях моста сидели, отдыхали и ждали лодку.

2. Мост Цзиньао

   Мост с императорским разрешением

   Одноарочный мост Цзиньао построен в годы правления императора Канси, на рубеже XVII и XVIII веков. По преданию, разрешение на него дал сам император. Второе имя моста — Юйдун. На перилах вырезана надпись о ремонте зимой десятого года Республики. Это 1921 год. Китайская Республика вела счёт лет от своего основания в 1912 году, отсюда «десятый год». Цзиньао считается одним из лучше всего сохранившихся мостов раннего Цин в Шуньдэ. С его вершины хорошо видно, как каналы делят деревню на островки. Арка у него крутая и высокая: лодка с грузом должна была пройти под ней, не задев свод.

3. Вдоль канала, у баньянов

   Улицы из воды

   Каналы здесь были улицами. По ним возили рис, шёлк, рыбу, а от каждого дома к воде спускались ступени. На ступенях стирали и мыли овощи, отсюда садились в лодку. Баньяны сажали у воды ради тени. Их воздушные корни свисают почти до поверхности. Посмотрите на дома из серого кирпича с резными фронтонами. Прогулочные лодки ведут местные жители, гребя одним веслом на корме. Заметьте: многие дома стоят фасадом к каналу, как в городе дома стоят к улице. Проплывая на лодке, вы видите деревню так, как её видели гости столетия назад. Слышно только весло и птиц.

4. Родовые храмы у воды

   Деревня кланов

   Деревня жила кланами, то есть большими родами с общей фамилией. У каждого рода был свой храм предков. Узнать его легко: широкий фасад, высокий порог, каменные столбы и доска с фамилией рода над входом. Внутри хранились таблички с именами предков. Здесь отмечали праздники, решали споры, учили мальчиков грамоте. Внутрь можно заглянуть, если двери открыты, но ведите себя тихо, как в любом храме. У родовых храмов Гуандуна часто стоят каменные опоры для флагштоков: их ставили в честь членов рода, сдавших императорские экзамены. Над входом нередко пишут росписи с пейзажами и птицами. Таблички предков стоят рядами, старшие поколения выше младших.

5. Пруды за околицей деревни

   Тутовые дамбы и рыбные пруды

   

   Вокруг деревни — прямоугольные пруды, разделённые насыпями. Это система «санцзи юйтан», тутовые дамбы и рыбные пруды. На дамбах растёт шелковица, её листьями кормят шелкопрядов. Помёт шелкопрядов идёт в пруд на корм рыбе. Ил со дна пруда выгребают на дамбы как удобрение для шелковицы. Получается круг почти без отходов. Система сложилась в XVI–XVII веках. Она сделала Шуньдэ одним из главных центров шелководства Гуандуна в эпохи Мин и Цин. Сегодня многие пруды отдали под рыбу и овощи, шелковица встречается реже. Но рисунок прямоугольников с насыпями виден до сих пор. В одном пруду обычно держат несколько видов карпов: одни кормятся у поверхности, другие у дна.

Сафари-парк Чимелонг в районе Паньюй открылся 26 декабря 1997 года под названием «Сянцзян». Это крупнейший частный зоопарк Китая. Сюда едут ради больших панд, коал, белых тигров и слонов. Часть парка вы проезжаете на открытом поезде среди жирафов и зебр, остальное обходите пешком. Здесь вы поймёте, как устроен зоопарк, где вместо решёток рвы, и чем удивительна первая в мире тройня больших панд, в которой выжили все трое.

1. У входа, перед картой парка

   Как устроен маршрут

   Парк делится на две части. Западная — большая зона свободного выгула. Её проезжают на открытом поезде, поездка занимает около сорока минут. Восточная часть пешеходная: павильоны, вольеры и шоу. В зоне выгула жирафы, зебры, носороги, антилопы и хищники живут группами на открытых площадках. От дороги их отделяют рвы, ограды и шлюзовые ворота между зонами. Пешеходный маршрут кольцевой. Его удобно идти по часовой стрелке, сверяясь с расписанием шоу на карте. Сфотографируйте карту у входа: внутри легко запутаться. Возьмите воду: летом здесь жарко и влажно. Шоу идут по расписанию, на популярные места занимают заранее.

2. Поезд через зону выгула

   Саванна без решёток

   

   Сидите в поезде и не вставайте: животные здесь гуляют свободно. Найдите жирафов у высоких кормушек под соломенными зонтами. В природе жираф объедает ветки акаций на высоте нескольких метров, поэтому корм тоже подвешивают высоко. Язык у жирафа тёмный и длинный, им он обрывает листья. Посмотрите на зебр: рисунок полос у каждой свой, как отпечаток пальца. Носороги любят валяться в грязи. Грязь защищает их кожу от солнца и насекомых. Хищников везут через отдельные зоны за шлюзовыми воротами. Смотрите по сторонам: животные иногда подходят к самой дороге. Не кормите их и не высовывайтесь из вагона.

3. Павильон больших панд

   Бамбуковые едоки

   

   Взрослая панда ест до 14 часов в сутки. Бамбук малопитателен, и усваивается лишь малая его часть. Поэтому панды экономят силы и много спят. Утром они активнее, днём часто лежат на помостах. Посмотрите, как панда держит стебель. У неё есть «шестой палец» — разросшаяся косточка запястья. Им она прижимает бамбук, как большим пальцем. Смотрители раскладывают корм в разных местах и подвешивают корзины, чтобы панды двигались и не скучали. Панда по происхождению хищник, и кишечник у неё как у хищника, поэтому бамбук переваривается плохо. В природе панды живут в горных лесах Сычуани, Шэньси и Ганьсу. В жару они прячутся в прохладных помещениях павильона.

4. Павильон коал

   Коалы и эвкалипт

   

   Коалы приехали сюда из Австралии в середине 2000-х, а первые близнецы родились в октябре 2006 года. С тех пор в парке выросло несколько поколений. Коала ест только листья немногих видов эвкалипта, поэтому эвкалипт выращивают специально. Листья ядовиты и бедны энергией. Чтобы экономить силы, коала спит до 20 часов в сутки. Так что серый шарик в развилке ветки — обычная картина. Ещё деталь: отпечатки пальцев коалы почти неотличимы от человеческих. На передней лапе коалы два пальца отставлены в сторону, так удобнее обхватывать ветку. Детёныш около полугода живёт в сумке матери. Вблизи видно, какая у коалы густая шерсть: она защищает и от холода, и от дождя.

5. Вольер белых тигров

   Белый, но не альбинос

   

   Белый тигр — не отдельный вид и не альбинос. Это бенгальский тигр с редким рецессивным геном. Шерсть у него белая, но чёрные полосы остаются, а глаза голубые. Чтобы родился белый тигрёнок, ген должен прийти от обоих родителей. В дикой природе таких тигров почти не встречали, последние известные случаи относятся к середине XX века в Индии. Белые тигры — символ этого парка. Сравните полосы у разных особей: у каждого тигра рисунок свой, как отпечаток пальца. Тигры хорошо плавают и в жару охотно лежат в воде. Полосы есть не только на шерсти: кожа под ними тоже полосатая.

6. Площадка азиатских слонов

   Нос, который стал рукой

   Хобот слона — это сросшиеся нос и верхняя губа. Им слон дышит, пьёт, срывает траву и обнимает детёнышей. Как отличить азиатского слона от африканского? У азиатского уши меньше и круглее, а на лбу два бугра. Бивни растут не у всех: у самок их нет, у части самцов тоже. Слоны живут семьями во главе со старшей самкой. Понаблюдайте, как они обливаются водой и посыпают спину песком. Так они охлаждаются и спасаются от солнца. Подошвы у слона мягкие, как подушки, поэтому огромный зверь ходит почти бесшумно. Слоны переговариваются и очень низкими звуками, которые человек почти не слышит.

Кантонская башня высотой 600 метров открылась 1 октября 2010 года, к Азиатским играм в Гуанчжоу. До появления токийской Скайтри это была самая высокая телебашня мира. Внутри бетонное ядро с лифтами, снаружи ажурная стальная сетка. Наверху смотровые площадки, лестница под открытым небом, колесо по краю крыши и аттракцион свободного падения. Здесь вы поймёте, как из прямых балок получается изогнутая «талия» и при чём тут русский инженер Владимир Шухов.

1. У подножия, глядя вверх

   Тонкая талия

   

   Отойдите от входа и посмотрите на силуэт. Внизу башня широкая и овальная, посередине узкая, наверху снова расширяется. Обойдите её на несколько шагов. Силуэт меняется: с одной стороны талия кажется тоньше, с другой толще. Это потому, что верхний и нижний эллипсы повёрнуты друг относительно друга. Основной корпус башни высотой 454 метра, над ним стоит мачта-антенна ещё на 146 метров. Вместе ровно 600. Заметьте, как наклонные колонны сближаются у талии и снова расходятся. Сетка там кажется гуще, хотя колонн столько же. Сквозь сетку виден серый бетонный стержень — ядро с лифтами. Сетка держит форму и ветровую нагрузку, ядро несёт лифты и этажи.

2. Смотрите на сетку колонн

   Гиперболоид и Шухов

   

   Наружная сетка — 24 наклонные колонны, связанные кольцами и раскосами. Каждая колонна прямая, но вместе они образуют изогнутую поверхность. Это принцип гиперболоида. Первым стальные сетчатые башни такой формы построил русский инженер Владимир Шухов: водонапорную башню для Нижегородской выставки 1896 года. Она цела до сих пор, её перевезли в имение Полибино в Липецкой области. Его самая известная работа — Шаболовская радиобашня в Москве, 1922 год. Её строили в годы разрухи, стали не хватало, и лёгкая сетка оказалась спасением. Шухов в проекте Кантонской башни не участвовал, но она — закрученный потомок его идеи. Внутри сетки стоит бетонное ядро с лифтами и лестницами.

3. Лестница в середине башни

   Тропа по краю сетки

   Между высотами 168 и 334 метра вдоль наружной сетки вьётся открытая лестница. В ней больше тысячи ступеней, часть из них прозрачные. Её прозвали «тропой Человека-паука». Лестница идёт прямо между колоннами, ветер здесь ощутимый, а город виден под ногами. Лестница входит не во все билеты, уточняйте на кассе. Если боитесь высоты, хватит и пары пролётов: самое интересное — посмотреть на сетку вблизи. Тогда понимаешь, насколько толстые эти колонны, которые снизу кажутся нитками. Ступени вьются вдоль изгиба сетки. Внизу крыши, река и мосты, которые с каждым пролётом становятся меньше. Держитесь за перила и не останавливайтесь на узких участках: за вами идут другие.

4. Закрытые смотровые этажи

   Город сверху

   

   Основная закрытая площадка находится на высоте 433 метра, открытая — на 450 метрах. Сначала посмотрите на север, через реку. Найдите оперный театр Захи Хадид, похожий на две гальки, площадь Хуачэн и две башни-близнеца IFC и CTF. За ними в ясный день видны горы Байюнь. Прямо под башней остров Хайсиньша в реке. На юге застройка ниже: это районы Хайчжу и Паньюй, дальше дельта Жемчужной реки. Вечером улицы подсвечиваются, и хорошо видна ось нового центра, идущая с севера на юг. Площадка круговая. Обойдите её целиком: у каждой стороны свой вид, а на закате свет меняется каждые несколько минут.

5. Крыша, 450–462 метра

   Колесо на краю крыши

   Колесо обозрения здесь лежит, а не стоит. Шестнадцать прозрачных кабин ползут по наклонному рельсу вдоль края крыши. Рельс длиной 146 метров поднимается от 450 до 462 метров. В кабине до шести человек, полный круг занимает около двадцати минут. Над крышей, на мачте, работает аттракцион свободного падения. Кресла поднимают до 485 метров и сбрасывают на 31 метр вниз. Книга рекордов Гиннесса признала его самым высоким аттракционом в мире. Самая высокая открытая точка для посетителей — 488 метров. На аттракцион нельзя брать телефоны, вещи сдают в шкафчики. Очередь на колесо и аттракцион бывает долгой, особенно перед закатом.

6. Набережная вечером

   Башня-светильник

   

   С наступлением темноты башню подсвечивают тысячи светодиодов, вплетённых в сетку. Цвета бегут по колоннам снизу вверх, переливаются кольцами, а в праздники бывают световые шоу. Лучше всего смотреть с северного берега: с площади Хуачэн или с набережной у оперного театра. Оттуда башня отражается в реке. Подсветка работает не всю ночь, расписание меняется по сезонам, поэтому приходите к началу сумерек. Если вы были наверху днём, вечером посмотрите на башню снизу: это два разных впечатления. Для снимка с отражением встаньте ближе к воде и дождитесь, когда стихнет ветер. Мосты через реку тоже подсвечивают, и вся набережная превращается в одну световую картину.

Оперный театр Захи Хадид открылся в мае 2010 года. Он замыкает с юга площадь Хуачэн — зелёный бульвар, который режет новый деловой район Чжуцзян Нью-Таун с севера на юг. Вокруг стоят небоскрёбы, библиотека и провинциальный музей, а за рекой поднимается Кантонская башня. Здесь видно, как Китай начала XXI века строил себе витрину. Вы поймёте, зачем городу понадобилась ось и почему почти всё вокруг закончили в одном году.

1. Площадь Хуачэн, середина оси

   Бульвар над торговым центром

   

   Встаньте посреди площади лицом на юг. Вы на главной оси нового Гуанчжоу. За спиной — стадион Тяньхэ, впереди — река и Кантонская башня. Название Хуачэн значит «город цветов», это старое прозвище Гуанчжоу. Под газонами и фонтанами спрятан подземный торговый центр и переходы к метро, поэтому площадь кажется крышей. Справа, на западной стороне, стоит башня IFC высотой 440 метров, её закончили в 2010 году. Её фасад покрывает стальная сетка из ромбов. Это внешний каркас: он держит башню, как корзина. Слева — белая башня CTF, 530 метров, 2016 год. Две башни стоят как ворота, и ось проходит между ними. Вечером газоны и фонтаны подсвечены, а в выходные здесь гуляют семьями.

2. Перед театром, со стороны воды

   Два камня, обточенные рекой

   

   Заха Хадид объясняла образ так: два камня, которые течение реки обкатало до гладкости. Большой камень — главный зал на 1804 места. Малый — многофункциональный зал примерно на 400 мест. Посмотрите на поверхность. Плавную форму собрали из плоских треугольников гранита и стекла на стальном каркасе. Издали стены кажутся мягкими, вблизи видны грани. У здания нет привычного фасада с колоннами и парадной лестницей. Вход врезан в щель между камнями, крыша переходит в стену без карниза. Театр открыли в мае 2010 года оперой Пуччини «Турандот». Строительство обошлось примерно в 1,38 миллиарда юаней. Обойдите здание вокруг: с каждой стороны силуэт меняется, а грани ловят свет по-разному.

3. У стеклянной стены фойе

   Зал без прямых углов

   Подойдите к стеклу. Внутри видны наклонные стальные рёбра: они держат стеклянные плоскости между камнями. Главный зал асимметричен. Балконы изгибаются волнами, стены перетекают в потолок, и прямых углов почти нет. Стены обшиты панелями из гипса, армированного стекловолокном. Панели отливали под каждый изгиб зала. Изгибы работают на акустику: звук отражается к креслам ровно, без эха. В потолок встроены тысячи маленьких светильников. Когда гасят свет, зал похож на ночное небо. Если хотите внутрь, проще всего купить билет на спектакль в кассе у здания. В фойе широкие лестницы поднимаются вдоль стеклянной стены, и зрители в антракте видят город. Это задумано: театр смотрит наружу так же, как город смотрит на него.

4. Северная сторона театра

   Чёрная шкатулка музея

   Рядом с театром, к северу, стоит Музей провинции Гуандун. Это тёмный прямоугольный куб с прорезями на фасаде. Его спроектировал гонконгский архитектор Рокко Йим. Образ взят из старинных лаковых шкатулок и резных шаров из слоновой кости, где один шар вырезан внутри другого. Отсюда прозвище музея — «волшебная шкатулка». Открыли его в мае 2010 года. Обратите внимание на соседство. Плавный театр и строгий куб стоят рядом нарочно. Без контраста оба здания выглядели бы слабее. Музей большой, на него нужно полдня, поэтому вечером просто рассмотрите фасад. Внутри — история, природа и искусство провинции, в том числе резьба по дереву и тушечницы из камня Дуань.

5. Западная сторона оси, напротив театра

   Библиотека в форме иероглифа

   

   Через ось от театра стоит Гуанчжоуская библиотека. Её открыли в июне 2013 года, проект японского бюро Nikken Sekkei. План здания повторяет изгиб иероглифа 之 — служебного слова классических текстов. Фасады собраны из горизонтальных каменных полос. Издали они похожи на стопки книг, сложенные со сдвигом. Площадь здания около 98 тысяч квадратных метров. Это одна из крупнейших городских библиотек Китая. Вход бесплатный. Внутри есть кондиционеры, скамейки и туалеты. Это хорошее место переждать жару или дождь между прогулками. Посмотрите на высокую стеклянную щель между двумя корпусами. За ней атриум, и через стекло видны этажи с полками. Вечером она светится, как корешок раскрытой книги.

6. Набережная Жемчужной реки

   Сцена посреди реки

   Пройдите к набережной. На том берегу стоит Кантонская башня высотой 600 метров. Её талия скручена: сетка из стальных колонн сужается в середине и снова расширяется. Перед башней в реке лежит остров Хайсиньша. 12 ноября 2010 года там открывали Азиатские игры. Зрители сидели на трибунах острова, а шоу шло на воде и на фоне ночного города. Ось площади нарочно наведена на башню: из центра Хуачэн она стоит ровно по линии. Вечером подсвечены и башни, и мосты. По реке идут прогулочные теплоходы, с них ось видна целиком. С 2021 года реку здесь пересекает пешеходный мост Хайсинь. По нему можно дойти от оси до Кантонской башни пешком.

Шэньчжэню как городу меньше пятидесяти лет. В 1979 году здесь был сельский уезд у границы с Гонконгом. На конец 2025 года в городе 18,25 миллиона жителей и экономика около 3,87 триллиона юаней. Здесь штаб-квартиры Huawei, Tencent, BYD и DJI. Эта глава — пять коротких блоков вместо остановок. Прочитайте их перед первой прогулкой, и город вокруг станет понятнее: вывески, язык, машины и даже возраст прохожих.

1. Блок первый: до реформ

   Глубокая канава у границы

   До 1979 года здесь был уезд Баоань, около 330 тысяч жителей, рисовые поля, сады личи и рыбацкие деревни. Сам посёлок Шэньчжэнь был небольшим рынком у железной дороги Гуанчжоу — Коулун. Название значит «глубокая канава». Иероглиф 圳 обозначает оросительную канаву между полями, его почти не встретишь в других названиях. С 1953 года посёлок был центром уезда: железная дорога и пограничный переход делали его главным местом округи. Через реку лежал Гонконг. Разрыв в заработках был огромным, и бегство на юг стало массовым. Именно этот разрыв сделал пограничный уезд лучшим местом для эксперимента. Посмотрите вокруг: от того мира остались лишь названия улиц и редкие старые дома.

2. Блок второй: 1979–1980

   Особая экономическая зона

   В 1979 году уезд преобразовали в город Шэньчжэнь. 26 августа 1980 года открылась особая экономическая зона. В неё пустили иностранные деньги, разрешили рыночные цены и наём по контрактам. В промзоне Шэкоу, которую строила гонконгская компания China Merchants, её руководитель Юань Гэн около 1981 года выдвинул лозунг: «Время — деньги, эффективность — жизнь». Для страны, где деньги считались мещанством, это звучало дерзко. 1 декабря 1987 года в Шэньчжэне впервые в КНР продали с аукциона право пользования землёй. Весной 1988 года в конституцию внесли поправку, разрешившую такие сделки по всей стране. Зону отделяла от остального Китая внутренняя граница с пропускными пунктами. Её окончательно упразднили только в 2018 году.

3. Блок третий: шэньчжэньская скорость

   Этаж за три дня

   

   Символ эпохи — Международный торговый центр в районе Лоху, по-китайски Гомао. 160 метров, 53 этажа, в середине 1980-х самое высокое здание Китая. Строители применили скользящую опалубку. Сначала этаж занимал семь дней, потом шесть, пять, четыре. В итоге вышли на темп «этаж за три дня». Выражение «шэньчжэньская скорость» вошло в язык и газеты. Здание сдали в конце 1985 года. Дэн Сяопин побывал здесь во время поездки на юг в январе 1992 года и смотрел на город с вращающегося ресторана наверху. Сегодня башня кажется скромной среди соседей. Но с неё начиналась вертикаль Шэньчжэня. Башня стоит в районе Лоху, рядом со станцией метро Гомао.

4. Блок четвёртый: от сборки к технологиям

   Фабрика, потом лаборатория

   Сначала Шэньчжэнь собирал чужое. Гонконгские фабрики переносили сюда сборку игрушек, часов и радиоприёмников. Рабочие ехали со всего Китая. Затем выросли свои компании. Huawei основана в 1987 году, BYD в 1995-м, Tencent в 1998-м, DJI в 2006-м. Вокруг рынка Хуацянбэй за несколько дней можно найти детали и завод для небольшой партии устройства. Поэтому сюда едут разработчики железа со всего мира. В 2025 году экономика города составила около 3,87 триллиона юаней. Это больше, чем у соседнего Гонконга, хотя в 1980 году их даже не сравнивали. Штаб-квартира Tencent — два соединённых небоскрёба в районе Наньшань. Кампус Huawei находится в районе Лунган, на севере города.

5. Блок пятый: что вы видите вокруг

   Город приезжих

   

   Почти все взрослые жители — приезжие или их дети. Поэтому на улицах говорят на путунхуа, общекитайском, а не на кантонском, как в Гуанчжоу. Город молодой, пожилых на улицах заметно меньше, чем в других мегаполисах. В 2017 году Шэньчжэнь первым в мире перевёл на электричество все городские автобусы, в 2018-м — такси. Заметная доля машин — местные BYD. Над районом Футянь поднимается башня Пинъань высотой 599 метров. На холме Ляньхуашань с 2000 года стоит бронзовый Дэн Сяопин высотой 6 метров. Он шагает вперёд, а под холмом лежит деловой центр. Обратите внимание на широкие проспекты и парки: город строили почти с нуля и закладывали простор заранее.

Хуацянбэй — улица длиной около километра в районе Футянь, по обе стороны которой стоят многоэтажные рынки электроники. Здесь продают всё: от резисторов поштучно до готовых наушников тысячами. Покупать технику не обязательно. Сюда стоит прийти посмотреть, как устроена мастерская мира. Вы увидите, как в киоске шириной в метр прошивают телефон, как детали взвешивают на весах и почему инженеры летят сюда за прототипом через полпланеты.

1. Пешеходная улица у выхода метро

   Улица без машин

   Выйдите на пешеходную часть улицы Хуацянбэй. Почти четыре года здесь была стройка: с февраля 2013 года под улицей рыли седьмую линию метро. В январе 2017 года улица открылась без машин, с клумбами и скамейками. На клумбе-шаре у входа написано «Первая улица электроники Китая». Посмотрите на фасады. Каждое здание — отдельный рынок со своим названием: СЕГ, Хуацян Электроникс Уорлд, Юаньван. Над входами — огромные экраны с рекламой телефонов и аксессуаров. По улице снуют курьеры на электроскутерах с коробками. Это главный ритм квартала: товар уходит отсюда весь день. Удобнее всего приехать на метро до станции Хуацянбэй или Хуацянлу.

2. Перед башней СЕГ Плаза

   Башня, которая качнулась

   

   Найдите самую высокую башню квартала. Это СЕГ Плаза, сданная в 2000 году. Внизу рынок электроники, выше офисы. 18 мая 2021 года здание ощутимо закачалось. Людей вывели за полтора часа, и на улице собралась толпа с телефонами. Комиссия выяснила причину. Высокий шпиль на крыше вошёл в резонанс с ветром, а за двадцать лет в конструкции накопилась усталость. Сам корпус признали прочным. Шпиль разобрали по частям, и 8 сентября 2021 года башня снова открылась. Сравните её силуэт с фотографией: плоская крыша без мачты — след той истории. СЕГ — сокращение от Shenzhen Electronics Group, государственной корпорации, которая и открыла здесь первый рынок.

3. Внутри СЕГ, между рядами

   Как устроен киоск

   

   Зайдите внутрь и поднимитесь на эскалаторе. Этаж поделён на сотни стоек шириной метр-два. Часто это не магазин, а витрина маленькой фирмы. На прилавке образцы, а партия лежит на складе или ещё не произведена. Главный вопрос здесь — минимальная партия заказа. За стойкой сидят с калькулятором, ноутбуком и телефоном с WeChat: сделки идут через чат и QR-код. Мелкие детали иногда не считают, а взвешивают. Посмотрите на катушки с микросхемами: из них детали подают прямо в сборочные автоматы. Нижние этажи обычно отданы компонентам, верхние — готовым гаджетам. Цена на калькуляторе обычно означает цену за штуку при оптовой партии. В розницу будет дороже.

4. Ряды телефонов и наушников

   Шаньчжай и мелкие партии

   «Шаньчжай» буквально значит «горная крепость», логово разбойников вне закона. Так прозвали телефоны-копии и самоделки, расцветшие в 2000-х. Были модели с четырьмя сим-картами, с телевизором, с огромным динамиком для деревни. Подделок теперь меньше, а умение осталось. Здесь заказывают наушники, зарядки и чехлы со своим логотипом партией в несколько сотен штук. Посмотрите на стену почти одинаковых беспроводных наушников под разными марками. Часто внутри одна и та же плата. Рядом ремонтные стойки меняют экраны и аккумуляторы прямо при клиенте, под лупой и с паяльником. Здесь же продают восстановленные телефоны: старые корпуса с новыми деталями. Отличить их от новых неспециалисту трудно, поэтому крупную технику здесь лучше не покупать.

5. Хуацян Электроникс Уорлд, верхние галереи

   Рынок как улей

   

   Перейдите в Хуацян Электроникс Уорлд. Встаньте у перил верхней галереи и посмотрите вниз. Внизу — плотная сетка прилавков, сверху это похоже на соты. Каждая ячейка — отдельная фирма со своим товаром. Над рядами висят лозунги о честной торговле: рынок много лет боролся с репутацией места подделок. Ищите мелочи, которых нет дома: светодиодные ленты, переходники, кабели нужной длины, карманные вентиляторы, умные лампы. Цену уточняйте у двух-трёх стоек, разница бывает вдвое. В розницу продают почти везде, но дороже опта. К шести вечера многие киоски закрываются. Если что-то купили, проверьте товар прямо у прилавка: вернуть его потом почти невозможно.

6. Музей Хуацянбэя на улице

   Музей собственной истории

   В конце 2020 года на улице открылся Музей Хуацянбэя. Он рассказывает историю квартала от промзоны до рынка смартфонов. Внутри — старая техника, кассетные магнитолы, телефоны прошлых лет и фотографии улицы разных десятилетий. Для туриста это лучший способ за полчаса понять, что видишь вокруг. Многие вещи с витрин когда-то продавались в этих же зданиях. Если музей закрыт, посмотрите на витрины у входа. Рядом много кафе и чайных с напитками. Это удобная пауза между рынками. Музей небольшой, на осмотр хватит сорока минут. Путь телефона от трубки-кирпича до смартфона понятен и без перевода.

Дунмэнь — старейший торговый квартал Шэньчжэня. Он вырос на месте рынка Шэньчжэньсюй, от которого город получил имя. Сегодня это пешеходные улицы с дешёвой одеждой, обувью, сумками и уличной едой. Здесь вы купите чемодан под покупки и потренируетесь торговаться. И ещё увидите, что осталось от посёлка, каким Шэньчжэнь был до 1980 года: один старый дом среди торговых центров. Удобно совместить с ужином: вечером квартал оживает.

1. Центр пешеходной улицы

   Восточные ворота рынка

   Встаньте в центре пешеходной улицы. Вокруг — торговые центры, рекламные экраны и потоки людей. Трудно поверить, что здесь стоял деревенский рынок с воротами. Он работал не каждый день, а в базарные дни, по календарю. Посмотрите на вывески. Иероглифы 东门, «Восточные ворота», встречаются в названиях улиц, моллов и станций. Квартал занимает несколько улиц между станциями метро Лаоцзе и Шайбу. Главные пешеходные оси — улицы Дунмэнь и Цзефан. Днём здесь торгуют одеждой и обувью, вечером выходят лотки с едой. Толпа плотнее всего после шести вечера и в выходные. Перекусить и передохнуть можно в любом молле: там есть туалеты и кондиционеры.

2. Академия Сыюэ, второй переулок улицы Жэньминь

   Последний старый дом

   

   Найдите во втором поперечном переулке улицы Жэньминь серый дом с резным коньком. Это академия Сыюэ — бывший родовой зал, которому около трёхсот лет. Одно из немногих зданий, оставшихся от старого посёлка. Его разобрали и собрали заново в нескольких кварталах от прежнего места. Посмотрите на серый кирпич, каменные колонны и лепнину на гребне крыши. Над входом табличка 思月书院. Внутри часто проходят выставки об истории Дунмэня и народных ремёслах. Сравните двухэтажный дом с башнями вокруг. Разница в масштабе и есть сорок лет истории города. Площадь перед академией иногда отдают под выступления и ярмарки народных ремёсел.

3. Улица Цзефан, здание Гуанхуа

   Первый Макдоналдс Китая

   

   8 октября 1990 года в здании Гуанхуа на улице Цзефан открылся первый Макдоналдс материкового Китая. Все 500 мест были заняты. На втором этаже работали 20 касс, и всё равно очередь тянулась вниз по лестнице, через холл и на площадь. Выручка за первый день составила около 460 тысяч юаней. Это стало рекордом сети по дневной выручке одного ресторана. Многие пробовали гамбургер впервые в жизни. Место выбрали из-за близости к Гонконгу и открытости зоны ко всему новому. Сегодня жёлтая буква M в Дунмэне видна с нескольких перекрёстков. Для многих посетителей 1990 года это был первый опыт западного сервиса: очередь к кассе, улыбка персонала, еда на подносе за минуту.

4. Торговые ряды и моллы

   Что здесь продают

   Дунмэнь — рынок массового спроса. Одежда, обувь, сумки, часы, бижутерия, косметика, чехлы. Большая часть — марки без имени, местное производство и копии. Качество сильно различается, так что проверяйте швы и молнии. Многоэтажные торговые центры внутри устроены как рынок: десятки крошечных отделов на этаже. Если нужен чемодан для покупок, ищите отделы с сумками и багажом. Проверьте колёса, ручку и молнию прямо в магазине. Покатайте чемодан по полу. Кроссовки и одежду меряйте: китайские размеры часто меньше привычных. Обувь и сумки из искусственной кожи пахнут клеем, дайте им проветриться перед упаковкой. Чемодан здесь обычно дешевле, чем в аэропорту.

5. Вечерние улицы с едой

   Ужин на ходу

   После заката улицы заполняют лотки и фуд-корты. Шашлычки на шпажках, рыбные шарики в бульоне, вонючий тофу с острым соусом, жареные устрицы с яйцом по-чаошаньски. Сок сахарного тростника выжимают при вас на ручном прессе. Цены написаны на вывесках, здесь не торгуются. Выбирайте лотки, где очередь из местных: там свежее. Порции маленькие, удобно пробовать понемногу. Платят по QR-коду, но мелкие наличные часто тоже берут. Ряды с едой — лучшее место понаблюдать за вечерней жизнью Шэньчжэня. Начинайте с несладкого: острое и солёное легче пробовать в начале прогулки. Возьмите влажные салфетки, на улице их дают не всегда.

6. У прилавка без ценника

   Как торговаться

   Где нет фиксированных ценников, торг обязателен. Первая цена часто завышена в два-три раза. Назовите треть и двигайтесь навстречу небольшими шагами. Продавец наберёт цифру на калькуляторе — сотрите и наберите свою. Улыбайтесь, торг здесь игра, а не ссора. Сильнейший довод — спокойно уйти: часто вас догонят со скидкой. Берёте несколько вещей — просите общую цену. В сетевых магазинах с ценниками не торгуются. Полезные слова: «тай гуй ла» — слишком дорого, «пянь-и дянь» — подешевле. Не торгуйтесь ради забавы: если продавец согласился на вашу цену, принято покупать. Наличные полезно иметь мелкими купюрами: сдачу с крупной иногда ищут долго.

Дафэнь в районе Лунган — бывшая деревня площадью около 0,4 квадратного километра. Здесь тысячи художников пишут маслом прямо в переулках. С 1989 года отсюда расходятся по миру копии Ван Гога, Моне и Климта, а теперь всё больше и собственных картин. Вы увидите, как работает конвейер живописи, как пишут портрет по фото из телефона и как отличить живую картину от печати.

1. Главный вход в деревню

   Вход в мастерскую

   От станции метро Дафэнь пройдите к главному входу в деревню. Сразу за ней начинается сетка узких улочек. Первые этажи домов почти все заняты галереями и мастерскими, на верхних живут. Холсты висят на стенах снаружи, сохнут на подставках, стоят у дверей. Посмотрите на ассортимент. Рядом висят «Подсолнухи» Ван Гога, «Мона Лиза», пейзажи с лошадьми, портреты Мао и абстракции под интерьер. Цены пишут редко, их называют по размеру. Здесь выгоднее не спешить. Сначала сделайте круг и посмотрите, потом возвращайтесь к тому, что понравилось. Иероглифы 油画 на вывесках значат «масляная живопись». Дорога от станции занимает несколько минут.

2. Переулки с открытыми мастерскими

   Как работает копиист

   

   Пройдите по боковым переулкам. Художники работают прямо у дверей, на табуретках, с палитрой на коленях. Опытный копиист пишет знакомый сюжет много раз и делает его за несколько часов. Часто работают по памяти, не глядя на образец. Посмотрите, как держат кисть: мазок быстрый и уверенный, без поправок. Многие учились здесь же, у соседей, а не в академии. Наблюдать за работой можно спокойно. Но прежде чем фотографировать мастера крупным планом, спросите разрешения жестом. Обычно кивают. Посмотрите на палитры: краски выдавлены щедро, кисти стоят в банках с растворителем. Запах скипидара — фон всей деревни. Мастера часто ставят рядом образец, распечатанный на принтере, но многие уже не смотрят на него.

3. Мастерские во дворах

   Конвейер картин

   

   Загляните в глубину дворов. Там часто стоят ряды одинаковых холстов. Так работает серийный метод: сначала на десятке полотен пишут фон, потом на всех — крупные формы, потом детали. Пока сохнет один слой, мастер идёт к следующему холсту. Так одна картина в десяти экземплярах получается быстрее, чем десять разных. В крупных мастерских раньше делили и сюжет: один отвечал за небо, другой за цветы. Это ремесло, а не обман. Покупатель заказывал известную картину для стены и получал её быстро и дёшево. Посмотрите, как сохнут готовые холсты: их ставят рядами у стен лицом наружу.

4. Лавки портретов

   Портрет по фото из телефона

   

   Ищите витрины, где висят портреты незнакомых людей. Здесь пишут портреты по фотографии. Покажите снимок в телефоне, договоритесь о размере и цене. Через несколько дней получите портрет маслом. Срок зависит от размера и от того, сколько людей на фото. Вы в поездке короткой — спросите, успеют ли и как высушить. Масло сохнет медленно, и упаковывать сырую краску нельзя. Обратите внимание на портреты знаменитостей у входа. Это реклама мастера: по ним видно, насколько точно он схватывает сходство. Цену называют за размер холста, а за каждого дополнительного человека на снимке обычно доплачивают. Попросите показать прежние работы мастера в телефоне, прежде чем заказывать.

5. Художественный музей Дафэнь

   От копии к своему

   Большое бетонное здание у края деревни — художественный музей Дафэнь. Его построили в 2007 году за счёт властей примерно за сто миллионов юаней. Цель была ясная: сменить репутацию фабрики копий. Здесь проходят выставки и биеннале масляной живописи. В 2023 году музей обновили. Внутри работы современных художников, в том числе бывших копиистов. Это хорошая точка, чтобы сравнить. В переулках — ремесло на продажу. В музее — попытка того же места говорить своим голосом. Перед визитом проверьте расписание: между выставками залы бывают закрыты. Вокруг музея — большие галереи и магазины рам, подрамников и красок.

6. Галереи на главной улице

   Как выбрать и увезти

   Сравните одну и ту же картину в нескольких лавках. Цена зависит от размера, плотности мазка и мастера. Посмотрите на холст под углом к свету. Живая живопись даёт рельефный мазок. Печать с подмазкой выглядит плоской, и в тонких местах видна ровная точка. Купленную картину снимают с подрамника и сворачивают красочным слоем наружу в пластиковый тубус. Так краска не трескается. Свежую живопись сворачивать нельзя, дайте ей высохнуть хотя бы несколько дней. Новый подрамник сделают дома в багетной мастерской. Подписанные работы с именем автора стоят дороже копий. Это нормально: вы покупаете уже не ремесло, а авторскую картину.

Военная академия Вампу открылась 16 июня 1924 года на острове Чанчжоу в устье Жемчужной реки. Её создал Сунь Ятсен при помощи Советского Союза. Начальником стал Чан Кайши, политотдел вёл Чжоу Эньлай. Выпускники потом командовали армиями и Гоминьдана, и коммунистов, нередко друг против друга. Здесь вы поймёте, как сложился тот короткий союз, при чём тут советские советники и почему академию уважают по обе стороны Тайваньского пролива.

1. Ворота академии у причала

   Остров у входа в город

   Остров Чанчжоу лежит на Жемчужной реке к востоку от центра. Мимо него шли корабли к Гуанчжоу, поэтому здесь давно стояли форты и военные школы. Вампу — старое европейское произношение названия порта Хуанпу. Над воротами надпись 陆军军官学校, «Армейская офицерская школа». Это официальное название академии. Вампу — прозвище по месту. Сами ворота не подлинные. В 1938 году их разбомбила японская авиация. В 1964 году ворота отстроили заново, а в 1993-м уточнили по старым фотографиям. На входе сверьте их с историческими снимками в экспозиции. Переправа на пароме сама по себе часть прогулки: с воды видны доки и зелёные берега острова.

2. Учебный корпус за воротами

   Здание по старым чертежам

   Главный корпус — двухэтажное здание с внутренними дворами и деревянными галереями, в стиле южнокитайских родовых залов. В 1938 году японская авиация сравняла его с землёй. В 1996 году его отстроили на прежнем месте, в прежних размерах и облике. Внутри восстановлены кабинеты Сунь Ятсена, Чан Кайши и Ляо Чжункая, спальни курсантов, столовая, учебные классы. Посмотрите на двухъярусные деревянные койки курсантов. Найдите двустишие: «Ищешь чинов и богатства — ступай другой дорогой. Боишься смерти — не входи в эти ворота». Когда-то оно висело у входа. Двор окружён галереей, и в дождь курсанты могли пройти по всему корпусу, не выходя под небо. Таблички в комнатах объясняют, кто где работал и спал.

3. Залы об основателях академии

   Сунь, Чан и Ляо

   

   В экспозиции ищите выпускное свидетельство первого набора. Внизу три подписи: «премьер» Сунь Вэнь, то есть Сунь Ятсен, начальник Чан Чжунчжэн, то есть Чан Кайши, и партийный представитель Ляо Чжункай. Дата — 30 ноября 1924 года. Над текстом портрет Суня и два скрещённых флага, партийный и армейский. Эти три подписи — весь союз в одном документе. Через год всё изменилось. Ляо Чжункая застрелили в августе 1925 года. Сунь Ятсен умер в марте того же года. Чан Кайши остался один и через два года повёл армию против бывших союзников. Ищите в залах и портрет Ляо Чжункая: о нём часто забывают.

4. Залы о курсантах и выпускниках

   Однокашники по разные стороны

   

   В первый набор из примерно 1200 кандидатов отобрали около пятисот курсантов. Учились полгода: строевая, стрельба, тактика и политические занятия. Политотдел с конца 1924 года возглавил 26-летний Чжоу Эньлай, будущий премьер КНР. Среди выпускников разных наборов — будущие маршалы КНР Линь Бяо и Сюй Сянцянь. И генералы Гоминьдана Ху Цзуннань и Ду Юймин, которые потом воевали против них. Посмотрите на стены с фотографиями выпускников. Это два лагеря гражданской войны, сфотографированные в одной форме. Сюй Сянцянь, Ху Цзуннань и Ду Юймин учились в первом наборе, а Линь Бяо — в четвёртом. Многие из этих людей встречались потом не на встречах выпускников, а на поле боя.

5. Зал советских советников

   Бородин и Галин

   

   Деньги, оружие и инструкторов дал Советский Союз. Михаил Бородин с 1923 года был политическим советником Сунь Ятсена. Первый главный военный советник Павел Павлов утонул 18 июля 1924 года во время поездки к городку Шилун. 8 октября 1924 года советское судно привезло в Вампу 8000 винтовок. Это решило острую нехватку оружия. Осенью того же года главным военным советником стал Василий Блюхер под псевдонимом Галин. Он готовил Восточные походы 1925 года и план Северного похода. В 1927 году советники уехали. В 1938 году Блюхер погиб под следствием в Москве. Бородин тоже вернулся в СССР, был арестован и в 1951 году умер в лагере.

6. Холм за корпусом

   Обелиск над рекой

   

   За учебным корпусом поднимитесь на холм. На нём стоит высокий ступенчатый обелиск с золотыми иероглифами 孫總理紀念碑 — «Памятник премьеру Суню». На вершине обелиска — бронзовая фигура Сунь Ятсена. С холма видна река, по которой к Гуанчжоу шли корабли. Неподалёку — кладбище курсантов, погибших в Восточных походах 1925 года и других боях тех лет. Оно открылось в 1926 году. Девиз академии 亲爱精诚 повторяется на стенах и памятных знаках. Перевести его можно так: «Любите друг друга, будьте искренни до конца». От обелиска тропинки ведут вниз к реке. Обратно к парому идите вдоль воды.

Сяочжоу — старая деревня на протоках дельты на юго-востоке района Хайчжу, в стороне от небоскрёбов. Ей около семисот лет. Здесь сохранились стены из устричных раковин, родовые храмы, каменная пристань и ворота эпохи народных коммун. С 2000-х в старых домах работают художники и студенты. Вы увидите, как жила деревня на воде, что оставило отступившее море и как старый Гуанчжоу уживается с новым.

1. Вход в деревню у протоки

   Деревня на воде

   Начните у главной протоки. Дома стоят прямо над водой, к ней спускаются каменные ступени. Раньше у каждых ступеней качалась лодка, и некоторые лодки до сих пор в ходу. Вода в протоках поднимается и опускается вместе с приливом. В отлив видно илистое дно и корни деревьев. Посмотрите на маленькие храмы у воды. Здесь чтили местных покровителей и морскую богиню Тяньхоу. Ей молились рыбаки и лодочники перед выходом на воду. Через протоки перекинуты каменные мостики. С них лучший вид на старые крыши. Пройдите вдоль протоки до первого мостика и вернитесь по другому берегу: так вы увидите обе стороны деревни.

2. Улочки со стенами из раковин

   Устричные стены

   

   Когда-то море подходило гораздо ближе, и в солоноватых протоках росли устрицы. Жители собирали пустые раковины и клали их в стены, скрепляя жёлтой глиной. Раковины ставили рядами выпуклой стороной наружу, как черепицу. Дождь стекает по ним, не задерживаясь. Такие стены держат прохладу летом и тепло зимой. Говорят, раньше в деревне было больше сотни таких домов. Сейчас уцелели лишь единицы. Ищите табличку 蚝壳屋, «дом из устричных раковин». Подойдите вплотную: видна слоистая поверхность каждой раковины. Не отковыривайте раковины на память: стены и так почти исчезли. Самые выразительные стены — на торцах домов в узких переулках, ищите их по шершавому серому блеску.

3. Родовые храмы клана Цзянь

   Храмы предков

   

   В деревне несколько родовых храмов клана Цзянь — главного и боковых ветвей. Большой родовой храм построен по классической схеме: три пролёта в ширину, четыре зала в глубину и два внутренних дворика. Такой храм был центром деревни. Здесь хранили таблички предков, решали споры, учили детей и праздновали свадьбы. Посмотрите на гранитный цоколь, серую кирпичную кладку и резьбу по камню у входа. На коньке крыши — лепные фигуры и завитки. Перед фасадом обычно оставляли открытую площадку, а на скамейках у стен и сейчас сидят старики. Если двери открыты, заходите тихо и не фотографируйте таблички предков в упор.

4. Пристань Дэнъин в конце деревни

   Ворота коммуны у старой пристани

   

   Дойдите до края деревни, к старой пристани Дэнъин. Её название значит «взойти на остров бессмертных». Отсюда лодки уходили к Гуанчжоу. Перед пристанью стоят ворота с красной звездой. На них надпись 沥滘公社小洲大队 — «Народная коммуна Лицзяо, бригада Сяочжоу». Это след 1960–1970-х годов, когда деревни работали как производственные бригады. Под воротами растёт огромный баньян, его воздушные корни спускаются к воде. Это одно из самых фотогеничных мест деревни. Отсюда видна протока и сады за ней. Это тихий конец прогулки, туристов здесь меньше, чем у мастерских. Посидите на скамье под баньяном и посмотрите, как меняется вода с приливом.

5. Мастерские вдоль каналов

   Деревня художников

   Массово художники пришли после 2004 года. Тогда за протокой открылся Университетский городок Гуанчжоу, и студенты художественных вузов стали снимать здесь дешёвые старые дома под мастерские. Сейчас в деревне десятки мастерских, лавок открыток и керамики, кафе. В открытых дверях видны мольберты, подрамники, гипсовые головы для штудий. Многие мастерские продают работы прямо у автора: акварели с видами деревни, графику, керамику. Это хорошая альтернатива сувенирам из моллов. Цену обычно не завышают, но скидку за несколько работ просить можно. Многие мастерские открываются ближе к полудню. Рядом с ними работают кафе в старых домах, где можно выпить чаю во дворе.